Центральные коридоры сегмента обезлюдели. Пропали даже сервисные рабы, чьи глухие полумаски полного контроля, всегда встречали гостей с бесчисленной вереницей.
Дит следовал позади Салема. Шёл и пытался предугадать тему предстоящей беседы. И чем дольше думал. Тем труднее было сдержать кривую усмешку.
Похоже Салема здорово пугнули, и теперь кабанчик пытается на показ отгородиться от него. Вот и сейчас проступила натура Салема. Трусоват оказался наследник титула, трусоват. Лишь прижали к стенке, как братец поплыл оплавленной свечой.
Перебирая в голове весрия, события и трактовки, Дит не заметил как оказался перед массивными створками малого зала. Украшенные резьбой и барельефом, стальные плиты перекрывали доступ в зал, который использовался для не афишируемых встреч.
Пробежавший по лицу луч сканера окрасился зеленым свечением, и безликие гвардейцы освободили доступ.
Двое наследников, сопровождаемые безмолвной троицей прошли в полумрак зала, и остановились ровно в центре освещенного пятна. По краям проступили высокие кресла с массивными подлокотниками. Их было роно восемь. Равное количеству младших родов влившихся в древний род Мер-ханов, и сохранивших свое влияние. Но сейчас, в зале было занято лишь одно кресло.
- Можете встать с колен, дети мои.
Восковая маска, самого старшего Мер-хана, слегка качнулась в знак приветствия. Укрытый с ног до головы в легкую пуховую вуаль силового поля, старец одарил всех присутствующих тяжелым взглядом. Бесцветные глаза, видавшие на своем веку смену пяти поколения, смотрели сквозь присутствующих. Они просвечивали и взвешивали личности на весах полезности и благу рода. В этом взгляде читалось раздумье и варианты существования и небытия двух отпрысков младших родов, чье поведение и поступки обратили на себя внимание Великого.
- Мне очень жаль видеть вражду своих детей. Мой род, плоть от плоти моей погряз в дрязгах, и не считаясь, ни с великой целью и предназначением... сводит свои мелочные счеты. Мне жаль смотреть, как мои дети, подобны своре ворков не поделивших лакомый кусок. Охваченные алчностью, они забыли о служению величию рода. Они забыли о долге...
Смысл слов давил тяжелым грузом. Давил, заставлял сгорбиться, склонить голову, и упасть на колени. Скорчиться и молить о пощаде, но Дит стоял.
Ему было страшно, но если сейчас сдаться и опуститься вновь на колени, это значит признаться во всех грехах, настоящих и выдуманных. Длинный список которых, конечно же был предоставлен Великому, и в нем, действия наследников выглядели самым отвратными поступками порочащими честь и достоинство Рода. Другого, от настоящих виновников этого представления, ожидать и не стоило.
Кукловоды интриг и тихой борьбы за влияние внутри Рода посчитали стечение обстоятельств очень удобным, для сведения счетов и скорее кто-то попытается уничтожить наследников. Каждый из младших родов великой восьмерки имел кандидатов, которые ждут, не дождутся своего шанса получить таньгу наследника Мер-хана.
- Я разделяю твою горечь Великий. Позор тем, кто пренебрег долгом перед Родом. Укажи этих презренных, и я буду в числе первых несущих твой гнев....
Произнес Дит как только уловил секундную паузу в речи Великого.
Такой наглости от него не ждут, но ему деваться некуда. Он не знал, какой компромат нарыли и подсунули Великому, но судя по поведению Салема, что бухнулся на колено и склонил голову, дело приняло скверный оборот.
А если учесть попытки кабана подставить даже в разговоре, то получалось Салем имел предварительный разговор с представителями младших родов. И скорее всего его прижали, пугнули, а затем чуть прикупили и ... он поплыл.
Так, в каких делах мог подставить свинорылый? Лишь с «мальком», потому как присутствовал и был в курсе двух операций. Значит, Дита будут топить. Ну что же, свинорыл, ты сделала свой выбор, тварь!
- Похвальное рвение, сын мой. И тем больше моя горечь от твоей слепоты. Искренен ли ты со мной? Не затмила ли власть твои глаза и сердце?
- Великий, я предан Роду всем телом и разумом. Все мои помыслы направлены лишь на возвеличивание рода!
- Ах, как бы я хотел верить тебе, сын мой... но твои действия расходятся со словами. Мне представлены записи, выводы аналитиков, и свидетельства людей о твоей враждебности к брату ... такому же сыну рода как и ты.
- Великий, я готов услышать обвинения! И доказать их несостоятельность! Это все домыслы и недопонимание. Я не вредил ни одному брату по Роду и никогда...
- Ложь! Я лично был свидетелем, как ты закладывал микро бомбу Корвину.
- И что ты видел, Салем? Как я программировал остаточный след реагентов? Или у тебя есть протокол извлечения и ты можешь предъявить остатки бомбы с генотипом нашего младшего брата? - ответил Дит усмехайся горячности Салема.