Черная тень бота охваченного мерцанием силового кокона, отгораживало вход ангара от любопытных взглядов. Многочисленные турели, рыскали по сторонам, пересчитывая прицелами многочисленные лица зрителей высунувшихся со всех щелей.
- Внимание! Проводится специальная операция сил безопасности! Всем оставаться на обнаруженных местах! Любая попытка покинуть точку контроля расценивается как агрессия! Оставайтесь на местах и никто не пострадает! Внимание! Проводится...
Усиленный голос автоматики гремел над кварталом раскатами грома. Но в смысл слов мало кого пугал. Расстреливать не будут, максимум стрельнут газовой гранатой. Ну могут еще врубить излюбленным звуковым шокером, мучься потом мигренью и чесоткой, но ... любопытство сильнее.
Вытянув шеи, и пытаясь рассмотреть не виданное зрелище, люди насторожено следили за происходящим. Не каждый день на голову падает боевой корабль небесников, и на глазах недовольных зрителей, конвой солдат прячет в своем чреве ненавистного убийцу, чье зверство взбудоражило всю гильдию.
- А ты пользуешься успехом. Тут уже такая волна запросов посыпалась, все хотят знать куда мы увозим преступника...
- А мне-то как интересно, спасу нет. Я не понял, а где мое место у окошка? - ответил Косяк, с любопытством оглядывая убранство десантного отсека. Не найдя окон, уселся на свободное место. Повторяя движения боевиков, поерзал на лавке, и накинул на плечи лямки противоперегрузочных дуг.
- Ну если нет зрелища, то хоть словесную экскурсию проведите...
- Экскурсию? Хм, а почему бы и нет, - загадочно улыбнулась Зельма, - Думаю, это пойдет на пользу.
Приводив взглядом удалившуюся на офицерское возвышение хозяйку, Косяк с трудом оторвал взгляд от обтянутой эластичной тканью фигуры. Лишенная кинетических пластин одежда ничего не скрывала, а лишь наоборот выпячивала внешние достоинства хозяйки. Высокий рост, в меру развитые бедра, плечи... все было именно так как ему нравилось.
Мысленно облизнувшись, Косяк едва смог оторвать взгляд от хищницы. Это была пантера, тигрица, грациозная и ...опасная. Об этом кричали все фибры души, но все вместе это был тот коктейль который опьяняет, дурманит, и сносит прочь всю логику.
- Ну ты даешь,- удивленно ухмыльнулся охранник справа, - ты и в правду на нее запал?
- Давно и похоже надолго, - ответил Косяк натягивая на лицо фирменную улыбку, - а что, очередь большая?
- Ты и вправду долбанутый на всю голову. Это единственная баба со стальными яйцами... При ней высокродные вскакивают как кадеты , едва не делая в штаны. Да она...
- Ганс!
- Молчу, молчу старшой.
- Сходи проверь платформы, если выйдем в стратосферу и опять начнется болтанка ... Спишу в обеспечение, будешь кибам гайки протирать до конца контракта.
- Проклятье, Берг, но почему я ...
- Потому что язык у тебя длинный, и если ни я, то попадешься Стальной. Она то прочтет тебя как раскрытую книгу... хочешь пообщаться с ней наедине?
- Все понял, меня уже нет.
Охранника как ветром сдуло.
Взглянув на возвышающегося горой боевика, Косяк радушно заулыбался:
- Присаживайся, в ногах правды нет.
- Интересное выражение, не слышал. Что это у вас значит?
- Типа вежливое приглашение к разговору..., ведь ты за этим пришел?
- Хм, да не будет никакого разговора, - неуверенно ответил командир боевиков, - просто хотел поблагодарить за подземелье. Насколько понимаю это ты приговорил главную тварь шаркунов?
- Этот перезрелый баклажан? Да уж знатная была потеха, - оскалился Косяк, - пришлось повозиться.
- Вовремя ее кончил, еще бы немного и нас бы по кусочкам растащили.
- Да ладно, забей. Жизнь забавная штука... сочтемся как-нибудь. Ты лучше скажи куда летим то?
На мгновение замявшись боевик, ответил:
- У нас по плану еще одна операция. Изъятию вещдоков в Приграничье..., - запнувшись на полуслове, боевик повернулся в сторону офицерского мостика, встретившись со взглядом стоявшей у поручня Зельмы, скомкано закончил, - ...там быстро справимся и на орбиту, оттуда крейсером до Энжи.
- Приграничье? А какой сегмент?
- Отдыхай, мне пора идти...
Подняв глаза на мостик, Косяк встретился с недовольным взглядом Зельмы. Улыбнувшись и послав воздушный поцелуй, он хотел было еще произнести несколько учтивых фраз, но его пленительная, лишь фыркнула и ушла вглубь.
Попытавшись завязать разговоры с охранниками, он натолкнулся на стену равнодушия. Пропала непринужденность и дружелюбие. Словно отрезало. Его воспринимали как интерьер мебели, который нужно донести и оставить в нужном углу.