- Прямо сплю и вижу встречу с погонщиками, - угрюмо ответил Косяк, решительно приближаясь к стальным муравьям, - выяснять отношения с девушкой, да еще такой толпой... как-то не серьезно. Давайте как малыши, уровняем шансы...
Короткий взмах и два клинка вошли под панцирь ближайшей ищейки. Искры, треск и конвульсивные движение умирающего механизма захлебнулись вместе с трансляцией стандартной записи.
Подняв судорожно сучившую ногами тушу в воздух, Косяк отбросил назад умирающую ищейку. И тут же уклонился в сторону. Стальной снаряд второй ищейки, что присвоила новому участнику схватки наивысшую степень опасности, должен был проломить нарушителю грудь. Но размазавшись в стремительном выпаде, человек ушел в сторону, а ищейку встретили два росчерка лезвий. Слабая броня киба не выдержала встречи с острейшей сталью и разошлась ровными бороздами еще в полете. Щедро поливая всю траекторию полета зеленой жидкостью, киб свалился двумя метрами позади уже обескровленной тушей.
Справа и слева отработали шептуны. Всего лишь десять секунд потребовалось имитации "оборотней" чтобы превратить ищеек во вскрытые консервы. И спустя полминуты в переулке установилась мертвая тишина.
- Прекрасная погода, мадмуазель. Ночные вечера идеально располагает для увеселительных прогулок, - с усмешкой сказал Косяк подходя к распростертой на земле фигуре. Встречаясь с широко распахнутыми глазами лазутчицы, не удержался и добавил, - но мне кажется, что таким красивым девушкам не место в темных подворотнях славной столицы сектора. Можно всегда найти приключения на свою ж... хм, простите, благородное место пониже спины.
Не приближаясь к девушке, не сводившей с него настороженного взгляда, Косяк остановился на расстоянии. Убрав мечи в ножны, болезненно поморщился отдававшей в теле боли. Приземление не прошло для его позвоночника бесследно. А тут еще спасенная, не спешит с распростертыми объятиями навстречу.
- Воспитанные люди обычно представляются, вот меня зовут Косяком, а как зовут прекрасную незнакомку?
- Молчите? Ну что же ваше право. Вот только я сейчас развернусь и уйду, а вы тут лежите дальше, отдыхайте в гордом одиночестве. Думаю, Погонщики будут очень рады застать тут виновника ночного происшествия...
После непродолжительного молчания, когда на лице девушки отражалась вся гамма царившей внутри борьбы, с губ сорвался мелодичный ответ:
- Зельма...
- Замечательно, процесс пошел, - ответил Косяк, - тогда давай сразу расставим все точки над "Ё", чтобы никто не питал иллюзий. Я могу помочь скрыться и замести следы. Но в благодарность, я хотел бы получить ответы на вопросы. После чего разбегаемся и забываем о существовании друг друга. Решение принимать нужно сейчас. Кое-кто так нашумел, что вскоре здесь будет половина погонщиков столицы...
Блеснув глазами, девушка согласно кивнула головой.
- Тогда нужно прибраться...
С этими словами Косяк наклонился над ближайшей тушью ищейки.
Оставлять поверженных кибов так как они есть, нельзя ни в коем случае. В памяти каждого киба сохранились как последние моменты жизни, так и множество дополнительной информации по которой можно легко восстановить всю цепочку событий. То, что там происходило до их встречи Косяка не очень то и интересовало. Но он не думал, что Зельма гуляла по городу любуясь архитектурными красотами. Поэтому важно минимизировать информацию, которую могут получить преследователи из останков кибов. Особенно эффектное появление принца на белом коне.
- Все трупы сюда, - скомандовал Косяк шептунам. И после того как перед ним выросла гора из неподвижных стальных туш, он принялся вскрывать броневые пластины на шейных позвонках кибов. Брезгливо морщась, копаясь в измазанных зеленой слизью потроха, он вылавливал полупрозрачную магистраль нужного пучка и с усилием выдергивал. Старясь как можно быстрее соединить провода в строгой последовательности, спустя несколько минут Косяк довольно отошел от груды тел.
- Все пошли отсюда...
Шутка была из разряда: "ни себе, и ни людям".
Когда у стаи не хватало времени на сбор трофеев, или наоборот когда все трюмы транспортников были заполнены трофеями, легаты делали захоронения. Жест презрения к противнику. Защитные поля кибов соединялись в одно общее поле, но развернутое вовнутрь. Оставшаяся в накопителях энергия, закорачивалась в замкнутый цикл, но, так как защитные механизмы были отключены, то происходило бесконтрольное насыщение поля. Наливаясь мощью как переспелый плод, грубо собранный защитный кокон превращался в мину замедленного действия.
Всплеск бесконтрольной энергии должен превратить внутренности кибов в пепел, а металл сплавится в единый комок, из которого вычленить что-либо полезное уже будет невозможно.