– Вот она, – сказал гробовщик, открывая шкафчик. – Мой отец хранил тут все семейные погребальные урны, и я просто не стал их никуда убирать. – Он распахнул дверцы и отступил, чтобы Лоу с Хэдли смогли рассмотреть интересующий предмет.
В центре полки стояла канопа песочного цвета, увенчанная головой бабуина.
– Она великолепна, – восхитился Лоу.
– Идеальна, – согласилась Хэдли. – Мы ищем нечто именно в таком стиле.
– Вы точно не хотите ее нам продать? Мне ужасно неловко затрагивать эту тему, но если вы к ней не привязаны, можно было бы переложить прах вашей тети в другой сосуд.
Мистер Троттер почесал ухо.
– Ненавижу отказывать клиентам…
– У меня с собой триста долларов наличными, – добавил Лоу.
Троттер кашлянул и покраснел. Его так и подмывало согласиться, потому что сумма в три сотни составляла трехмесячную зарплату в сфере ритуальных услуг, а самая дорогая урна наверху стоила всего двадцать девять долларов.
– Мистер Смит, вы очень щедры, но, простите, я правда не могу ее продать ни за какую цену. Если бы мой отец был жив, он бы никогда мне этого не простил. Он даже указал в завещании, что я получаю его дело, а взамен забочусь об урнах.
Лоу вздохнул.
– Ну, попытка не пытка. – Он повернулся к шкафчику и обнял Хэдли за плечи. – Мы ведь сможем заказать копию, – продолжил он, прижимая ее ближе. – Дорогая, ты что, плачешь?
И не успела Хэдли ответить, как «брат» поцеловал ее в щеку и прошептал на ушко:
– Отвлеки его, пофлиртуй.
У нее подвело живот. Во-первых, она не сомневалась, что Лоу собрался украсть урну. Вряд ли его затея закончится лучше, чем в особняке на Телеграф-хилл, а тогда вышло просто ужасно. Во-вторых, она совершенно не умела флиртовать. Когда-то Джордж сказал, что ей не удастся завлечь ребенка на карнавал даже огромным леденцом в одной руке и сладкой ватой в другой.
Хэдли натянуто улыбнулась мистеру Троттеру через плечо и нервно обернулась.
– Уверен, что я смогу сделать такую же урну для вас, – заверил гробовщик, внимательно разглядывая ее лицо в поисках следов слез.
– Было бы чудесно, – ответила она. Как, черт побери, это провернуть? Она посмотрела на плиту в дальнем углу и сосредоточилась на единственной теме разговора, в которой более-менее смыслила.
– А, так вот, где проходит кремация, – сказала она, проходя в ту часть помещения, чтобы получше рассмотреть печь. – Какая крепкая конструкция.
Билл Троттер последовал за ней.
– Да, ей уже тридцать лет, но она все еще прекрасно работает.
– Ой, у меня тот же девиз.
Троттер разинул рот, вздохнул и усмехнулся.
– Прекрасный девиз, – согласился он, разглядывая тело Хэдли. – И, без сомнения, точный.
Флиртовать оказалось просто, боятся нечего. Хэдли робко улыбнулась и кивнула на печь.
– Надеюсь, вы не подумаете, что я странная, но мне очень интересен процесс кремации.
– Какая вы изумительная женщина! Я с удовольствием вам объясню.
Троттер с радостью показал, куда кладут тела, а когда «клиентке» захотелось рассмотреть внутренний механизм, с воодушевлением повернул клапан и поджег спичку. В черном туннеле разгорелся оранжевый огонь.
– О боже, очень… – начала Хэдли и вздрогнула, когда позади них раздался грохот.
Они с Троттером развернулись и увидели, что Лоу присел в облаке пыли перед шкафчиком, прижимая пальто к лицу.
– Боже, что произошло? – воскликнул гробовщик.
Хэдли почувствовала, как в висках застучал пульс. Она заметила, как Лоу что-то забрал из разбитых черепков на полу и сунул в пальто. Видимо, перекладину.
– Не понимаю, как так получилось, – бормотал он, вставая и отмахиваясь от пепла. – Урна соскользнула с полки.
– О боже, о боже, – повторял Троттер, прикасаясь к осколку. – Отец никогда мне не простит… это ужасно. Ужасно!
– Мне очень жаль. – Лоу осмотрел комнату пристальным взглядом. – Я выплачу вам компенсацию.
– Как? – Троттер в ярости вскочил. – Как, черт побери, вы это сделаете? Урна восстановлению не подлежит! И вы топчете останки моей тети!
Виновник катастрофы поспешно отступил от кучки пепла, отряхнул штаны и потопал каблуками.
– Давайте я дам вам те триста долларов, которые уже предлагал.
Гробовщик впал в истерику.
– Ваши деньги ничего не исправят!
Лоу достал бумажник.
– Но хоть примите их для начала, договорились?
Над головой Хэдли заскрипела половица. Наверху кто-то есть? Она посмотрела на потолок и заметила, как что-то вязкое и темное капает на пол. Оно натекло на цементный пол посреди комнаты, завоняло горелым. Вдруг ее спину обжог странный жар. Хэдли развернулась и заметила, как огненный шар выскочил из печи, пролетел по кирпичной стене и прыгнул в черную лужу.