Лоу сменил тактику и начал искать Оливера Гинна, который говорил Хэдли, что не прочь приобрести дом в Пасифик-Хайтс, но не нашел этого загадочного типа ни в данном, ни в другом районе. Не было его и среди клиентов телефонной и электрической компаний, не значился подозрительный поклонник Хэдли в документах по налогам на собственность. Немного пофлиртовав с юной связисткой, Лоу достал список телефонных номеров всех людей по фамилии Гинн в штате Орегон, но опять ничего не нашел.
Затем принялся обзванивать знакомых археологов из Беркли, спрашивая, не знали ли они Гинна и финансируемые им раскопки в Мексике. Пара приятелей смутно припомнила его.
Лоу наконец решил, что они на что-то наткнулись, когда мисс Тилли по просьбе Хэдли нашла среди бумаг визитку, которую Гинн передал, впервые появившись в музее. Однако там не было телефонного номера, а адрес принадлежал булочной на Рашн-хилл.
Семья, управляющая булочной, в самом деле знала мистера Гинна, несколько месяцев снимавшего квартиру над магазином. А две недели назад он собрал вещи и уехал, не оставив нового адреса.
– А зачем ему оставлять нам свой новый адрес? – спросил владелец булочной, пожимая плечами. – Квартира сдается понедельно. Только в прошлом году у нас проживало около дюжины квартирантов. Мы не задаем вопрос, пока они платят арендную плату.
Эти поиски напоминали охоту за призраками.
Если нельзя отыскать этого подозрительного типа, надо сделать так, чтобы и ему было трудно следить за Лоу с Хэдли. И тут могла помочь лишь владелица клуба «Гри-гри».
Через два дня после сердечного приступа доктора Бэкола Лоу позвонил Велме Туссен и рассказал о своей проблеме. Любой другой бы высмеял его безумную просьбу, а Велма просто сказала:
– Можешь прийти в пятницу, я что-нибудь приготовлю.
И вот он ждал назначенного срока.
Доктора Бэкола выписали из больницы. Он был слаб, но все равно постоянно жаловался, что Хэдли посчитала хорошим знаком. И хоть она на время переехала к отцу, но присматривать за ним наняла двух сиделок на полный день.
Лоу успел переговорить с помощником Уинтера Бо, который прислал двух устрашающего вида мужчин охранять дом Бэкола и высматривать того, кто подошел бы под описание Ноеля Ирвинга или Оливера Гинна. Очень хотелось бы знать, как Ноель может выглядеть сейчас, однако расспросы отца Хэдли ни к чему не привели; Бэкол не видел своего партнера двадцать лет и понятия не имел, остановило ли волшебное бессмертие его старение.
В пятницу вечером, сразу после ужина в кругу семьи, Лоу отправился в «Гри-гри». У закрытой двери в тихий бар Нортбича в нескольких кварталах от Чайнатауна уже собралась длинная очередь посетителей, которые демонстрировали на входе членские карты. Однако потому, что семья Магнуссон обеспечивала клуб выпивкой, Лоу достаточно было улыбнуться швейцару. Его тут же пропустили с распростертыми объятиями и рукопожатиями. Половина работников знала о возвращении из Египта блудного археолога. Его усадили за стол на первом этаже и наказали ждать Велму.
Трио джазовых исполнителей закончили выступление под аплодисменты, а ведущий объявил небольшую фортепианную паузу. Лоу заметил, как парочки ушли с танцпола, направившись к бару за напитками. В толпе он увидел темноволосую женщину и вспомнил Хэдли. Прошло пять дней, как она лечила его в своей квартире. Пять дней с их поцелуя, их объятий, и с тех пор, как он заставил ее стонать от удовольствия.
Целая чертова вечность.
Накануне в музее он видел Хэдли лишь мельком. Слишком мало. Пока ее отец поправлялся дома, она занималась его и своими делами, отвечая на телефонные звонки всех, кто хотел узнать о самочувствии больного. К счастью, Оливер Гинн не появлялся.
Она отдала рисунки каноп и список имен, потому что у Лоу было больше времени расшифровать, где спрятаны последние урны. Для одной из них он сузил список имен до четырех, и как только получит от Велмы магическую защиту, тут же опять примется за поиски перекладин. Если придется, сделает все сам, но втайне Лоу надеялся, что Хэдли снова будет участвовать с ним наравне. И из-за своего эгоизма он также рассчитывал, что вскоре она будет готова к их взаимным ласкам.
В основном, ему не хватало Хэдли. Какая жалость! Боже, неужели он скучал по женщине, которую преследует проклятье? С эскортом темных духов и фобией прикосновений. Почему его жизнь всегда такая необычная и трудная?
Может, стоит выпить.
Мерцающая свеча отбрасывала тени на белую льняную скатерть. Лоу прикидывал, стоит ли его желание выпить стаканчик джина тех усилий, которые потребуются, что протиснуться через толпу у барной стойки. И пока он думал, заметил женщину, остановившуюся в проходе за несколько столиков от него. Ее сопровождал управляющий этим этажом. Они оба рассматривали помещение, словно кого-нибудь искали. Посетительница стояла спиной, поэтому Лоу не видел лица, но этого и не надо. Юбка так обтягивала бедра, что подол по центру чуть приподнимался.