– Мы с Адамом учились в одном классе в начальной школе. Мириам была на год младше. Мы все дружили, но в подростковом возрасте многое изменилось. Мой отец хорошо зарабатывал, так что мы переехали в другой район в дом получше. Я завел новых друзей, а Мириам и Адам стали встречаться. После окончания школы, я уехал учиться в колледж, а они остались дома и поженились.
Он отпихнул тарелку.
– Примерно через год все изменилось. Моя семья, благодаря бутлегерству, разбогатела буквально за ночь. По-моему, Адаму это не понравилось. Он погрузился с головой в работу, и его отношения с Мириам разладились. Пока я учился в Беркли, мы с ней переписывались, и, приехав домой на выходные…
Хэдли моргнула, глядя на тарелку, не в силах встретиться с ним взглядом.
– Это случилось лишь однажды и никогда не повторялось. Большей глупости я в жизни не делал.
– Ты ее любил?
– Не в романтическом смысле. Не знаю, пытался ли я цепляться за жизнь, которой у меня больше не было, или ревновал. Они были взрослыми. Работали, поженились, сняли дом, а я, как мальчишка, напивался в колледже, шутил по глупости, не зная, кто я такой и чем хочу заниматься. А потом Мириам потянулась ко мне.
– И ты ее не оттолкнул.
– Адам было моим лучшим другом, а я… – Лоу покачал головой. – Меня грызло чувство вины, я чуть не бросил университет. Потом Мириам сообщила, что беременна. И с разницей в пару недель, отцом мог быть любой из нас. Она умоляла меня ничего не говорить, и я пытался молчать. Обычно я ловко лгу. – Он неестественно усмехнулся.
– Но ты рассказал.
– На месте Адама я бы хотел знать. Конечно, он расстроился. Удар у него неслабый, хоть габаритами он мне и уступает, – Лоу указал на свой нос. – Адам мне прямо сказал, что ему плевать, если ребенок родится с голубыми глазами и светлыми волосами, все равно он будет принадлежать ему, а не мне. Они с Мириам помирились, и со временем он меня тоже простил. Я этого не заслужил, но такие дела.
– Стелла…
– Вылитая Мириам, даже кудряшки и те она унаследовала от матери. – Лоу мимолетно натянуто улыбнулся. – Малышке всего четыре. Поговаривают, общие черты становятся четче, когда дети старше.
– Существует новый анализ на совпадение групп крови.
– И что за анализ? Точность даже не дотягивает до пятидесяти процентов. – Лоу пожал плечами. – Адам не хочет выяснять, и я уважаю его решение. И я не уверен, что знай я наверняка, что-то бы изменилось. Я несколько лет уже пытаюсь предложить ему финансовую помощь… на врачей и особые школы. Но он не терпит подачек.
Хэдли склонила голову и уставилась ему в лицо.
– И поэтому он хранит для тебя всякие ценности?
– Только так я могу дать ему деньги. Адам упрямый, но имеет право поступать, как хочет. – Он печально улыбнулся. – В конце концов, это неважно. Они все равно моя семья, несмотря на то, течет ли в Стелле моя кровь или Адама. Мне повезло, что они есть в моей жизни, и довольно.
Хэдли не знала, что сказать. Она испытала целую гамму чувств – от ревности и обиды до жалости и уважения, и даже чего-то большего. Лоу не только снес ее барьеры, он разрушил собственную стену… невидимый вал, о котором она даже представления не имела. Он был прав, ему не надо было рассказывать. Если бы он не открылся, она бы никогда об этом не узнала.
А теперь она в курсе, но его откровения значения не имели. Хэдли тронуло, что ему захотелось с ней поделиться наболевшим. Сердце сжалось от таких новостей.
– Теперь ты плохо обо мне думаешь? Хочешь, чтобы я ушел?
Хэдли помешала чайные листья в остатке золотистой жидкости на дне чашки.
– Ужасно опрометчиво с твоей стороны уйти сейчас. Кто же помоет посуду?
Краем глаза она заметила, что Лоу расслабился и глубоко вздохнул. Несколько секунд спустя, он сжал ее пальцы.
– Не хочешь принять горячую ванну? Я ее видел и, наверняка мы там поместимся вдвоем.
– Я в этом сильно сомневаюсь.
– Но ведь будет забавно попробовать, ja?
– Ja, – повторила Хэдли, чувствуя тепло от радости. – Я согласна.
Глава 25
Лоу был бы рад никогда не покидать постель Хэдли, однако на следующий день он наконец выбрался из ее квартиры, чтобы сменить одежду. Они договорились встретиться после полудня и поискать третью перекладину. В этот момент ему было плевать, чем заниматься, даже охотой на кроликов, только бы вместе с ней.
Лучась ярким удовлетворением, Лоу, как безумец гнал на Лулу по Мейсон-стрит. Подъехав к знаку «стоп», он едва сдержал дурацкую улыбку, глядя на пассажиров ближайшей машины. Одна ночь с Хэдли, и он в эйфории. Пьян от секса и удовольствия, которое испытал, держа ее в объятиях. Нет ничего лучше, чем чувствовать, как твердые углы и острые края смягчаются под кончиками его пальцев. Или упасть на грудь Хэдли после того, как они кончили вместе, и слушать, как их бешеное сердцебиение замедляется до размеренного. Будто они оба оказались под водой, медленно погружаясь в наслаждение.