Остроходов отошел в сторону. Смотрел куда-то вверх, поверх трибун. На стену, на которой висел огромный плакат: «Ударным трудом встретим XXIV (24-й) съезд КПСС!».
Он уверен в победе. Знает, что Голенищев не поднимется. Вот урод. Специально добил Егора. Чтобы уже наверняка.
Расчетливый сукин сын. Я посмотрел на доктора. Тот склонился над Егором. Осмотрел. Пощупал пульс. Послушал сердцебиение.
Егор застонал. Поднял голову и огляделся. Глаза мутные. Ничего не видящие. Сел, доктор помог ему подняться.
Я тоже выскочил на маты. Вывел товарища с татами. Остроходов остался в одиночестве. Поклонился по порядку. Тоже сошел с матов. Пошел к тренеру. На нас даже не поглядел.
— Как себя чувствуешь? Ходить можешь? — доктор усадил Егора на стульчик. Возле стены. И допрашивал.
Приятель потряс головой.
— Кружится все. Перед глазами. Тошнит. И еще круги вертятся. Голова болит.
Он пощупал ушибленную скулу. Поморщился. Доктор быстро наложил повязку.
Еще желательно бы лед приложить. Но где его взять? Пойду, наберу холодной воды.
Я отправился в уборную. Вернулся с ведерком и тряпкой. Протянул Егору.
— На. Прикладывай, где болит.
Товарищ угрюмо взял мокрую тряпку. Доктор уже убежал. К другому увечному.
— Эх, я же тебе говорил, — сказал я. — Не надо было с ним драться. Ладно. Хорошо, что жив остался. Он тебя не жалел.
Егор кивнул. Снова поморщился. Наверное, башка раскалывалась. Знаю, ощущения не из приятных.
— Поздно, — проворчал он. — После драки кулаками не машут. Иди уже. Сам разберусь.
Ну хорошо, что цел. Относительно. Я оставил Егора отдыхать. Скоро и мой поединок. Второй по счету. Надо подготовиться.
Ставки повысились. Остались самые жесткие и талантливые бойцы. Те, кто не отступает.
Зрители сидели на местах. Терпеливо ждали. А вот участников меньше. Многие отсеялись. Переместились в ряды зрителей. Сидели вокруг татами.
Я подошел к судьям. У меня тренера нет. Надо ждать, пока объявят мое имя. А то можно пропустить. И заработать дисквал. На ровном месте.
На татами шел поединок. Дрались синий и зеленый пояс. Судьи внимательно наблюдали за боем. Иногда переговаривались. Наклонялись друг к другу. Тихонько перешептывались.
Рефери бегал рядом с бойцами. Бдил.
— Когда моя очередь? — спросил я у помощника. Высокого лохматого парня в ги. Тоже желтого пояса. С очками в черной оправе на носу. — После них?
Помощник стоял рядом с судьями. В руках пачка бумаг. Там фамилии участников. Некоторые зачеркнуты. Другие, наоборот, подчеркнуты.
Он поглядел на меня. Потом ткнулся в бумаги.
— Нет, еще через пару боев. Я позову. Будь здесь. Недалеко.
Я отошел и начал растяжку. Готовился психологически. И физически.
Хотя, чего тут еще ждать? Скоро все решится. После того, как синий пояс победил по очкам, прозвучала моя фамилия.
— Ермолов. Твой выход.
Ну, наконец-то. Я уже засиделся. Пора размять косточки.
Как всегда, сначала ритуал выхода. На татами. Я поклонился судьям, рефери и противнику.
В этот раз мне попался обычный малый. Из Тульского клуба карате. Фамилия смешная — Калачик.
Синий пояс. Ниже меня на полголовы. Чуть пухлый. Розовощекий. Маленькие глазки сощурены.
Мы встали в стойки. Я принял свою обычную. Стандартную. А вот противник зачем-то встал в цуруаши дачи. Стойка цапли. На одной ноге. Вторая нога поднята, согнута. И положена на колено опорной ноги.
Спина прямая. Руки в стороны. Вообще-то, это поза больше для тренировки.
Я усмехнулся и покачал головой. Во дают. Советские юноши. Насмотрелись фильмов про китайское кунг-фу. И слепо копируют.
С ним особых проблем не будет. Сейчас я спущу этого аиста с насеста. И отправлю в болото. Самая серьезная проблема — как бы его не покалечить.
Противник так и стоял на месте. Хорошо, что не свернулся калачиком. Я подошел ближе. Еще ближе. На среднюю дистанцию.
Теперь можно атаковать. Мае гери. Сейчас это приведет его в чувство. И заставит принять нормальную позу. Включить мозги, наконец.
Я рванулся вперед. Ударил ногой. Прямо в грудь противника.
Вернее, должен был ударить. Но не получилось. Ничего.
Калачик ускользнул. Мгновенно. Только что был тут. И раз — нету. Испарился. А еще взмахнул рукой. Финтанул.
Моя нога провалилась в воздух. Я удержал равновесие. И чуть не упал.
Если бы только Калачик не очутился вдруг рядом. Сымитировал удар в голову. Я на ходу прикрылся. Одновременно возвращая ногу на маты.
Но не тут-то было. Оказывается, финт в голову был прикрытием. Для атаки снизу. Этот Калачик не только быстрый. Он еще и очень изворотливый. Как мангуст против кобры.