«Моя дочь чиста…невинна…».
В голове крутятся его жестокие слова, с которыми он продавал меня. Да, отец хочет меня продать. Причем дорого.
Всю свою жизнь я делала так, как он мне скажет. Вся моя жизнь была расписана по сценарию: от элитного садика до школы, где преподают лучшие специалисты.
Я всегда была послушной, примерной девочкой. Слова поперек не говорила. Уважала отца.
Я мечтаю стать дизайнером, а не чьей-то женой по принуждению.
И сегодня я впервые осмелюсь вздохнуть полной грудью, восстать против правил, которыми отец сковал меня с самого рождения. Впервые почувствую вкус свободы.
Спешно умываюсь в ванной, привожу себя в порядок. К натуральному макияжу прибавляю мерцающие тени и яркую алую помаду. В шкафу не думая достаю первое попавшееся черное коктейльное платье. У меня и так вся одежда короткая, так что пойдет.
Надеваю шпильки, от чего длина платья визуально укорачивается. Пышный низ из фатина красиво раскрывает мои ноги, беру накидку, чтобы скрыть открытые плечи на тонких бретелях и декольте на случай, если столкнусь с отцом. Что вряд ли. Он очень занят перспективой продать меня дорого и выгодно.
Смотрю на себя в зеркале в последний раз, поправляю волосы, которые изрядно потрепались после подиума и уверенно выхожу из комнаты.
По пути набираю Тони. Бедный парень подставляет свою жизнь из-за моих причуд.
Выхожу на улицу через вход для прислуги. Теперь уже все равно даже если меня увидят. Мой хрупкий мир пошатнулся там, где отец мной торговался и мне плевать сейчас абсолютно на все.
Сажусь в машину и называю Тони адрес одного из крутых клубов в городе. Парень сомнительно косится на меня через лобовое зеркало, но ничего не говорит.
Охрана у ворот чисто для вида интересуется куда это мы на ночь собрались, но пропускают без четкого ответа.
Мой отец доверяет Тони. Даже слишком. Его мама работает у нас на кухне главным поваром, чьи блюда Ретт Астрид считает шедевром.
Огни ночного города встречают меня с распростертыми объятиями, словно зная, что я ищу утешения в их искусственном блеске. Неоновые вывески, как яркие раны на темном полотне, манят обещанием забытья.
Внутри меня бушует ураган обиды и разочарования, и я жажду заглушить его грохотом музыки и вкусом крепкого алкоголя.
Тони паркует машину у входа в клуб, и я выхожу, не дожидаясь, пока он откроет дверь.
– Я хочу, чтобы ты подождал меня здесь, – бросаю парню через плечо, рыская в сумочке в поисках биометрики, удостоверяющей мою личность.
– Но…Это небезопасно, – голос Тони и правда пропитан беспокойством, вот только я не маленький ребенок, чтобы меня опекать.
– Это всего лишь ночной клуб. Причем элитный. У них есть охрана и…все такое, – уверяю парня, метнув взглядом на огромную вывеску над зданием, а у самой ноги подкашиваются. И вовсе не из-за каблуков.
– Дженни, послушай, – парень обходит машину и встает напротив. – Я пошел на этот риск, зная, что нарушаю правила твоего отца. Возможно, тебе правда хочется пойти туда сегодня. Может быть, ты хочешь расслабиться, я понимаю. Но одну туда я тебя не пущу. Если с тобой что-то случится…
– Ой, да что со мной может случиться? Я выпью немного, потанцую и вернусь обратно. Вот увидишь!
Не хочу, чтобы он ходил со мной и видел меня такой.
Тони открывает рот, чтобы наверняка возразить или переубедить меня, но я уже бегу ко входу, возле которого стоят два здоровенных амбала.
Один из них у входа сканирует меня взглядом, тыкаю ему в лицо удостоверением личности и видимо, прочитав фамилию, меня пропускают без лишних вопросов.
Клуб встречает меня оглушительным битом и плотной стеной запахов – пота, парфюма, дорогого алкоголя. Люди танцуют, смеются, флиртуют. Все живут здесь и сейчас, и мне от этого становится немного легче.
Пробираюсь сквозь толпу, не обращая внимания на похотливые взгляды и навязчивые предложения. Мне нужно к бару, к стойке, где можно заказать что-то обжигающее и забыться.
Бармен, с набриолиненными волосами и усталым взглядом, кивает мне. Заказываю двойной виски. Не знаю, что это, но моя подруга говорила, что вкусно.