Тораби, казалось, перестал слушать. Он повернулся к двери и крикнул: «Кямран!»
Вошел шофер. На этот раз он был в солнцезащитных очках, чтобы скрыть синяк под глазом. Кайт бы его обнаружил.
Забавно, если бы Тораби не встал, не подошел к своему стулу и не положил руки на плечи Кайта.
«Спросите заключённого, работает ли он на МИ-6», — сказал он. «Если он снова будет это отрицать, сломайте ему палец на правой руке».
7
В пятистах милях отсюда, Джахан Фариба, близкий друг Ксавье Боннара, проснулся в номере франкфуртского отеля, не имея ни малейшего представления о времени и не помня, как ложился спать. Он чувствовал себя исключительно отдохнувшим, но тревожным и неуверенным. Яркий солнечный свет пробивался сквозь края штор. Один свет горел рядом с телевизором, другой – в ванной.
Он посмотрел на прикроватный столик, но не увидел телефона, который обычно оставлял заряжаться на ночь. Только тогда он обнаружил, что всё ещё частично одет.
Сжав ноги под одеялом, Джахан обнаружил, что на нём носки. Откинув одеяло, он увидел, что на нём та же рубашка, что была на нём накануне на встрече с иранцами.
Он всегда снимал часы перед сном, но они все равно оставались у него на запястье.
Он посмотрел на время. Было чуть больше трёх. Сначала Джахан решил, что сейчас три часа ночи, но солнечный свет на улице этому противоречил. Может быть, его часы остановились? Но секундная стрелка двигалась как обычно, а дата сдвинулась вперёд. Это был день похорон Ксавье. Джахан должен был улететь в Лондон в семь утра. Со смесью недоумения и сильного разочарования он понял, что проспал.
Как это возможно? Он сел в постели и огляделся в поисках чего-нибудь попить. Прошлепав в ванную, он сделал несколько глотков тёплой воды, зачерпнув её из-под крана. Он посмотрел на своё отражение в зеркале.
Он смотрел в зеркало, пытаясь вспомнить, что произошло накануне вечером. Он встретил иранцев в вестибюле. Вечерние посиделки превратились в ужин, ужин превратился в…
Что? Он не помнил ничего из того, что произошло после того, как они сели в ресторане. Во время встречи было пиво, а потом, вероятно, вино за едой. Джахан не был заядлым алкоголиком, но обычно он мог воздержаться от спиртного. И уж точно он не помнил, как весь вечер погружался в коктейли и дижестивы . Боже. Неужели он упал в обморок, и иранцы оттащили его в номер?
Неужели они тихонько позвонили на стойку регистрации и организовали, чтобы господина Фарибу проводили обратно в номер? Если это так, то, вероятно, их деловая сделка закончилась.
Джахан нашёл свой пиджак, валявшийся на полу. Он поднял его и обыскал карманы в поисках телефона. Там было четыре сообщения от жены из Рима, полдюжины от разных друзей, а также сообщение от авиакомпании о том, что он не смог прилететь. Двое старожилов Олфорда, ожидавших увидеть его на похоронах, написали, что безуспешно искали его в Бромптонской часовне.
Джахан скачал свою электронную почту. Сообщений от иранцев не было. Стоит ли ему написать им и попытаться выяснить, что произошло? Возможно, пока не стоит. Это только поставит обе стороны в неловкое положение. Лучше подождать и связаться с ними через пару дней. Джахан понял, что не помнит, о чём они говорили на встрече, кроме того, что оба мужчины, похоже, с энтузиазмом относились к проекту восстановления Сирии.
Он был расстроен, что пропустил похороны. Смерть Ксавье была трагедией, и Джахан хотел почтить память одного из самых интересных и забавных людей, которых он когда-либо встречал. Он попытался войти в Facebook на телефоне, но пароль к аккаунту не подходил, и, к его удивлению, вместо его профиля было только пустое место.
Фотография была. Вместо этого он написал электронное письмо другу в Лондон, у которого должен был остаться на ночь:
Гэв, мне очень жаль. Я проспал и опоздал на рейс. И на похороны тоже. Не в моём стиле быть таким неорганизованным. Кажется, я вчера вечером съел или выпил что-то не то. Мне очень жаль, но я не приеду к вам. Всё ещё застрял во Франкфурте и сразу поеду домой в Рим. Примите искренние извинения за то, что доставил вам кучу проблем. Передайте привет Китти и детям и надеюсь, скоро увидимся. Джахан x
8
Водитель стоял перед Кайтом. С тупым, безрадостным выражением лица он спросил: «Вы работаете на МИ-6?»