Спенсор Кейн стал принадлежать ей. Он не мог обойтись без нее ни в корпорации, ни в постели. Она была его жизнью.
Лиз поздравила себя. Главное, она выбрала правильный путь в своей деловой карьере. На ее интуицию можно было положиться, обольщать она умела.
Она одна была хозяйкой своей судьбы.
Но, ослепленная гордостью, она не предусмотрела коварства случая. Ее безграничная уверенность в собственной гениальности росла с каждым часом, и она уже не трудилась просчитывать каждую мелочь…
Пятого ноября Спенсор Кейн встретился с Пенном Маккормиком в Рокфеллеровском центре управления «Американ Энтерпрайз» в Манхэттене.
Маккормик, приятный мужчина лет пятидесяти, который держал фотографии своих шестерых детей у себя на столе, проявлял почти отцовское отношение к подчиненным. Он мог себе это позволить. Благодаря огромному состоянию своей жены, он потребовал значительную часть акций «Американ Энтерпрайз» и был застрахован от игр, которые могли вести против него другие члены руководства. Его нельзя было уволить. У него было прочное место в правлении.
Маккормик был постоянным спонсором Кейна в течение шести лет. Многие услуги были оказаны Кейну не без взаимности. Маккормик хотел контролировать решения правления в некоторых основных областях, включая приобретение субсидий и внутреннюю организацию. Так как члены правления являлись его врагами, единственным способом, с помощью которого он мог повлиять на их голоса, было распространение его власти на целый ряд отдаленных компаний, из которых состояла «Американ Энтерпрайз».
Именно туда и внедрялся Кейн. Переходя из компании в компанию в конгломерате, Кейн мог расширить связи и влияние Маккормика, держа его в курсе интриг, которые плелись по темным углам и были незаметны главному руководству в Нью-Йорке. В свою очередь Маккормик защищал Кейна от больших акул, которые были бы не прочь походя расправиться с ним. Таким образом Спенсер Кейн был как глазами и ушами Маккормика, так и его коммивояжером.
Была еще одна причина для их близких отношений.
Сегодня Спенсер Кейн сидел на стуле для посетителей напротив стола Пенна Маккормика, не открывая свой дипломат.
– Все готово, – сказал он. Маккормик внимательно посмотрел на него.
– Ты проинформировал Дрейка и Катхарта?
Это были председатели правлений важных электронных фирм, с которыми у «Американ Энтерпрайз» были заключены контракты. Кейн кивнул:
– Они обеспечат нам поддержку. Они только ждут твоего звонка.
– А Эверетт? – спросил Маккормик о банкире, без финансовой помощи которого им было не обойтись.
– Он готов, – ответил Кейн. – Его люди тоже. Последовала пауза.
Кейн заговорил снова.
– Заседание правления продолжится? – спросил он, чтобы быть уверенным.
– Разреши мне заняться правлением, – сказал Маккормик. Он внимательно посмотрел на Кейна. – Скажи, как там поживает миссис Бенедикт?
Спенсер Кейн улыбнулся.
– Как нельзя лучше.
– Тогда давай выпьем. – Маккормик достал бутылку шотландского виски двадцатилетней выдержки и налил два бокала. – За будущее.
Спенсер Кейн поднял свой бокал.
– За будущее.
Допив, они встали и направились к двери.
– Мы начинаем завтра, – сказал Пенн Маккормик. – К пятнице все будет завершено.
Спенсер Кейн протянул руку. Маккормик тепло пожал ее и, все еще держа в своей, приблизил свое лицо к лицу Кейна.
Выражение глаз Пенна Маккормика изменилось. Он прошептал:
– Я увижу тебя сегодня вечером?
Кейн провел пальцем по щеке и подбородку своего друга.
– Ну, конечно, – сказал он, и нотка женской застенчивости закралась в его голос. – Я не хочу, чтобы ты был один, Пенн.
Маккормик кивнул. Он стоял в дверях и наблюдал, как Кейн шел через офис, его глаза скользили по стройной фигуре и красивому лицу молодого человека.
VII
Десятого ноября Лиз была очень занята, завершая анализ рынка «Телетех» за осень и готовясь к отпуску.
Она была слишком возбуждена, чтобы сосредоточиться на работе, так как знала, что через несколько недель ее жизнь абсолютно изменится. Она и Спенсер Кейн решили, что приводить в исполнение новый план надо до Дня Благодарения. Он убедил ее, что Пенн Маккормик контролирует достаточное число голосов, чтобы заключить сделку.
Перед рождеством Лиз и Спенсер Кейн станут служащими новой корпорации. Хотя они еще не решили вопрос о названии, она знала, что компания будет видной и значительной частью «Американ Энтерпрайз». Она сама будет контролировать мельчайшие части операции, но управление и власть ей придется разделить со Спенсером, что вовсе ее не беспокоило, так как она была совершенно уверена в своей способности заставить его делать то, что ей надо, по крайней мере в ближайшем будущем.
Чашка горячего кофе стояла на столе, Лиз как обычно разбирала почту, когда заметила письмо, адресованное ей директором Нью-Йоркского отделения «Американ Энтерпрайз».
Она вскрыла его. Сначала в его содержание было так трудно поверить, что ей пришлось протереть глаза и прочитать текст уже более внимательно.
«Уважаемая миссис Бенедикт!
«Американ Энтерпрайз» от своего имени искренне благодарит Вас за прекрасную работу в «Телетех».
Из-за важной реорганизации, проводящейся в нашей корпорации, Ваша компания будет распущена в пользу вновь созданного предприятия. Все исполнительные должности в «Телетехе», включая и Вашу, будут ликвидированы, и будет набран новый штат для выполнения функций, ранее предписанных «Телетеху».
«Американ Энтерпрайз Корпорейшн» желает Вам успехов в Вашей будущей карьере на другом месте и выражает благодарность за Вашу работу».
Письмо было подписано директором, и заверено подписью президента «Американ Энтерпрайз» Чарльза Повелла.
Телефонная трубка оказалась в руках Лиз еще до того, как она полностью осознала новость. Она немедленно набрала номер Спенсера Кейна в Майами.
– Офис мистера Кейна, – ответила секретарша.
– Это Лиз Бенедикт из «Телетех» в Калифорнии, – сказала Лиз, – попросите мистера Кейна.
– Минутку, – последовала пауза. Лиз постукивала пальцем по столу, злая и сконфуженная. Она предполагала, что увольнение, объявленное в письме, относилось ко всем служащим «Телетеха», но что ее позиция в «Американ Энтерпрайз» будет сохранена и передана в другую отрасль. Ей не нравилось считаться уволенной, пусть даже временно.
– Миссис Бенедикт, – прозвучал голос секретарши на линии. – Мистер Кейн на совещании. Он может вам сам перезвонить?
– Вы сказали ему, что это Лиз Бенедикт? – спросила Лиз. – Он захочет говорить со мной. Я подожду.
– Минутку, – голос секретарши звучал холодно. Последовала долгая пауза.
– Очень жаль, – сказала секретарша, – но мистер Кейн не может подойти сейчас. Мне придется оставить ему записку. О чем вы хотели поговорить?
Лиз повесила трубку, не ответив.
Она поняла, что произошло. Теперь Спенсера Кейна для нее никогда не будет дома. И сам он не позвонит и не ответит на ее звонок.
Она была уволена. Письмо из Нью-Йорка не было ошибкой. Игра за власть происходила на высших уровнях «Американ Энтерпрайз».
И она проиграла.
«Уолл Стрит Джорнел» от того же числа, доставленный вместе с письмом об увольнении Лиз, объяснил ей подробнее то, что было и так уже наполовину понятно. Статья об этом была помещена на пятой странице.