– Чувства не лгут тебе, Раджа Томас. Это настоящие деревья и лозы. Видишь – цветы?
Пятна были соцветиями – алыми, лиловыми, ниспадающими водопадами золота. Они были так совершенны, что казались хрупким порождением фантазии.
– Нас цветы радуют.
– Кто… говорит… со мной?..
– С тобой говорит Аваата. Аваату восхищают также жито и маис, яблони и кедры. Аваата насадила здесь то, что ваш род оставил и отбросил.
– Кто это – Аваата? – крикнул Томас нависающему над ним дирижаблику, опасаясь, что уже знает ответ.
– Се – Аваата!
Видения захлестнули его: планета, кружащая от тьмы к свету, утесы Черного Дракона и равнины Яйца, моря и горизонты – мятущееся множество, превосходившее способности Томаса к восприятию. Он попытался изгнать образы Авааты из своего рассудка, но те не уходили.
– Дирижаблики… – прошептал он.
– Зови нас лучше «Аваата», ибо мы едины во множестве.
Видения отступили.
– Аваата приносит тебе на помощь Паниля. Видишь?
Томас оглянулся. Из синего тумана выступил еще один дирижаблик, поддерживавший одним щупальцем нагого Керро Паниля – тот плыл в воздухе, как остаточное изображение в кадре. Дирижаблик уронил его почти над самой землей. Поэт приземлился на ноги. Когда он шагнул к Томасу, под ногами его явственно зашуршал песок. Керро был реален, он не погиб на равнине и не был убит дирижабликами.
– Это не бред, – проговорил Керро. – Помни. Никакой фраги не существует. Это – самообмен.
Томас поднялся на ноги, и щупальце потянулось ему вслед, не отпуская его запястья.
– Где мы, Керро?
– Как ты и предположил – в саду Эдемском.
– Ты читаешь мои мысли?
– Не все. Кто ты, Томас? Аваату твоя загадочная природа весьма интересует.
«Кто я?»
– Я – гонец с дурными вестями. – То, что занимало мысли Томаса, сорвалось с языка первым. – Корабль намерен покончить с человечеством. У нас осталось… менее семи суток.
– Но почему?
Керро остановился менее чем в шаге от Томаса и склонил голову к плечу. Лицо его светилось веселым лукавством.
– Потому что мы так и не научились богоТворить.
Забытый язык нашего зверского прошлого понуждает нас поверять себя. Не ответить на вызов – значит отступить. А что этот величайший вызов, как не энтропия, те барьеры, что стоят на пути распространения жизни, ограничивая количество доступной энергии?
Мгновение, показавшееся ей очень долгим, Хали неподвижно стояла в проходе, глядя на Мердока и оружие в его руке – смертоносный лазерный скальпель. Прямо за его спиной виднелся люк в восьмой док, где были грузовик и спасение. Оставалось меньше двух минут до того, как автопилот понесет челнок из дока, выводя на орбиту неторопливого сближения с Пандорой. Хали взглянула на Ваэлу – та по-прежнему без сознания. Но куда направлен скальпель, было ясно. Хали телом заслонила лежащую от Мердока. Ферри беззвучно всхлипнул.
Не сводя взгляда со скальпеля, Хали прокашлялась.
– Эти штуки, – голос ее был на удивление спокоен, – предназначены, чтобы спасать людей, Мердок, а не убивать.
– Избавившись от этой таоЛини, я спасу чертову уйму народу!
Слова Мердока напомнили Хали тот миг, когда Корабль позволил ей столкнуться с вонючим у лобного места.
«Корабль!» – безмолвно взмолилась она.
Нет ответа. Все зависело только от нее самой.
Ферри остановил каталку в двух шагах от Мердока и замер, мелко дрожа.
Мердок взмахнул скальпелем.
– Скальпель придуман, чтобы иссекать из здорового тела противоестественные нарастания. Она… – Он пронзил взглядом спящую Ваэлу, – оскверняет всех нас.
И снова из глубин памяти поднялись лица вокруг лобного места – исполненные страстей глаза, пылающая в них едва сдерживаемая жажда насилия. У Мердока было такое же лицо.
– У тебя нет права, – проговорила она.
– У меня есть это. – Лезвие скальпеля со щелчком прожгло воздух у ее щеки. – Вот мое право!
– Но Корабль…
– Будь проклят ваш корабль! – Он шагнул к Хали, протянул руку, чтобы оттолкнуть ее…
И в это мгновение Ферри бросился на него. Движения его были так споры, что Хали заметила только, как дернулась лодыжка Мердока, как промелькнул стариковский локоть и Мердок повалился на палубу. Скальпель вылетел из его руки. Быстрота, с которой двигался старик, поразила Хали едва ли не больше, чем его действия. Он был в отчаянии.
– Беги! – крикнул Ферри. – Увози Ваэлу!
Мердок попытался подняться, и старик снова бросился на него.
Хали рефлекторно ухватилась за каталку, пропихивая ее мимо дерущихся мужчин. Скрежет колесиков терзал нервы.
«Сколько осталось времени?»