Верховный шаман вошел в транс, малость раскачивая из стороны в сторону головой. Его сознание, ярким отражением скользнуло в открывшуюся дверь в измерениях, и очевидцы ахнули на мгновение, рассматривая яркую предстающую пред ними картину! Сам же верховный шаман — будто раздвоился на их глазах и с уверенностью вошел внутрь, прозрачной копией самого себя. Тело его осталось на том же месте, но картинка поплыла яркими, сначала рассветными, а потом ночными и позже — закатными красками! Создавалось впечатление, будто он подчинил само время, от чего люди позади него склонились перед таким могуществом до самой земли, без остановки шепча хвалу: «Арах арээ!»
Спустя некоторое время, молитвы и выкрики стихли, и все присутствующие стали наблюдать за развитием событий, а там было на что посмотреть. Застыв с положенной правой ладонью на кулак левой у шеи, король-шаман являл всем наблюдателям своё удивительное путешествие.
В зримом мареве разных цветов теперь преобладали ночные тона и яркий, выделенный магией Арахта силуэт чужака, внезапно обернувшегося прямо к разлому во времени и пространстве. Люди наблюдали, как гостя встречает одна из молодых жриц и уводит внутрь храма. Арахт сразу повёл созданное Видение за ними, с видимым усилием он шагнул многим дальше, и теперь — тот самый незнакомец стоял с ножом и бокалом в проходе со звериным оскалом и яростью в глазах. Дальше марево вдруг закружилось против часовой стрелки, заискрилось всеми цветами радуги и взорвалось рассеянной, цветной мглой.
Верховный шаман вышел из транса и поднял руку, толпа встала по его приказу и с готовностью последовала за ним. Теперь он не перемещался по улицам и лестницам великого города. Он ровно и быстро шел, но вокруг него искрилась легкая голубоватая аура, а правой рукой, он будто старался нащупать что-то или кого-то в пустоте, иногда громко выкрикивая что-то невнятное.
Льеживал, полностью выдохшись, добежал до пристани ровно в тот момент, когда туда вместе с фанатично настроенной толпой входил сам Арахт. В истинном зрении вокруг него закручивался непонятный духовный вихрь, а рядом, в услужении висело немало духов высокого порядка! Открыв рот от такого представления, он попросту стал наблюдать дальше, досадуя о том, что не мог присутствовать на самом начале. И вот, он стал следить за каждым его движением, а в это время начиналось самое интересное!
Арахт снова вошел в транс, но в этот раз сразу оказался в темноте прошедшей ночи и в нужном месте, где на виду у всех зрителей, в темноте, на широкой лодке копошилась узнаваемая фигура.
Челюсть Льеживала отвисла ещё сильнее: он сразу узнал в очертаниях старающегося угнать лодку Артура!
— Немыслимо… — прошептал он.
А картинка в мареве уже перепрыгнула к дуэли беглеца с духом-стражем порта, и вот тут было на что посмотреть. С берега, стража подпитывали два младших шамана, но непобедимая и проверенная веками охранная магия духов уступила какому-то новичку, разделавшемуся с одним из опаснейших творений парой заклинаний…
— Что ты за человек такой… Артхур-диар? — потрясённо прошептал Льеживал.
На этих словах Арахт как раз закончил представление и рассеял чудо-марево. Толпа вновь упала на колени, и король-шаман повернулся к народу с вопросом:
— Ирриаль… — широко проводя рукой вдоль её горизонта, он вопросил: — По-прежнему бурно впадает в Воды Тишины?
— Да, о мудрейший! — раздалось сразу несколько подрагивающих от благоговения голосов.
— А Воды Тишины — по-прежнему являются последним путем для всех живых и ушедших за Грань к предкам?
Глава 26
— Так и есть, сильнейший! — предполагая вопрос, ответили ближайшие шаманы.
— Да поглотит его Немая буря…
После того как он удалился на этих словах — народ ещё долго вторил своему повелителю, повторяя его слова раз за разом, разнося их по улицам, по самым тёмным уголкам и светлым площадям, фанатично сотрясая воздух сжатыми кулаками.
…Ближе к ночи Арахт снова приказал послать за Льеживалом. Того не привели — притащили, спустя чуть больше получаса. И, велев оставить их наедине, Арахт заговорил:
— Младший, ты знаешь, почему мы приносим всех гостей в жертву нашим великим богам?
— Нет, о Повелитель! — растерявший весь сон Льеживал никак не выказывал неуважения государю, лишь покорно склонив голову, он даже не догадывался о задумках Арахта. И все происходящее ему явно не нравилось.
— Пойдем! Я кое-что тебе покажу.
На пути в запретную часть храма, Льеживал вдруг снова приготовился к смерти, но как выяснилось чуть позднее — его ожидания вновь не оправдались, и перед взором вскоре предстал обширный зал с круглыми багровыми колоннами, полностью исписанными сверху вниз строками из неведомых ранее пророчеств. Они спустились на уровень ниже, до сего момента Льеживал даже не догадывался о существовании нижней части храма. Причастие к охраняемой тайне, вдруг сильно его оживило, и он жадно вчитался в различимый древний текст.