– Дерьмо! – воскликнул Сеп. – Как там Аркл?
Они оглянулись в заднее окно. Гора окровавленной шерсти практически похоронила под собой Аркла, но тот пинками расшвыривал мёртвых тварей.
Ещё удар – и в лобовом появилось отверстие размером с пулевое. Марионетка просунула сквозь него руку и принялась отдирать стекло от фургона, как шкурку с апельсина.
Лэмб вывернула руль и послала машину в вираж, едва не опрокинув её набок. Ребята завопили. Пальцы куклы сорвались, и она улетела в темноту.
Кто-то постучал в окно позади Сепа.
Перепачканный кровью Аркл просунулся в зазор между передними и задними ногами оленя и показывал, мол, всё в порядке. А потом продемонстрировал свою вывернутую белку.
– Не потерял!
Сеп медленно моргнул, ожидая, когда перед глазами перестанут плясать чёрные точки. Грузовик катил по дороге под хлопки лопнувшей шины.
– Я спрячу фургон в городе, как только мы отвезём оленя Марио, – сказала Лэмб. Её волосы трепал ветер, дующий через разбитое лобовое стекло.
– Почему? – спросил Мак.
– Он весь разбит и залит кровью! Что ещё я могу сделать, кроме как сказать, мол, его украли?
– Это противозаконно, – возразил Сеп. – Может…
– Да всё это против закона! – крикнула Лэмб. – Всё, что мы делаем, безумие. С тремя шинами грузовик долго не протянет – вот мы его и бросаем. Сзади есть брезент. Пока прикрою следы им.
– И что потом?
– Идите домой и возьмите свои велосипеды, а затем приходите ко мне на ферму, будем думать, что делать дальше.
Аркл снова постучал в заднее окно и помахал им одной из маленьких лапок Розмари.
– Куда мы едем? – крикнул он.
– В город! – ответила Хэдли. – Мы бросаем грузовик и забираем велосипеды!
– Круто, – сказал Аркл. – Круто, круто, круто. – Он потряс головой. – Кажется, мне немного лучше. – И его вырвало через борт грузовика.
– Зачем нам велосипеды? – спросил Сеп. Он подумал о своём «чоппере»: как тот ни разу не простаивал в течение лета жертвоприношения, но вообще не использовался с тех пор.
– Вдруг что-то случится? На велосипедах лучше, чем просто бегом, – сказала Хэдли.
Сеп снова закрыл глаза. Мокрый запах грузовика только усиливал тошноту. Когда Лэмб повернула за угол и направилась к ряду магазинов, Сеп почувствовал, как плещется внутри содержимое желудка. Небо копило в себе электричество и жар, буря приближалась к точке кипения, и её яростная энергия наконец вынудила местных убраться с улиц.
Лэмб резко затормозила позади ветеринарной клиники и заглушила двигатель. Грузовик прогнулся от изнеможения, из его кишок потекла жидкость.
– Верно. Сеп, тебе нужно придумать какую-нибудь историю, как мы нашли оленя.
– Я помогу тебе спуститься, – добавила Хэдли.
– О боже, – ахнул Сеп.
– Что случилось? – спросил Мак.
– Просто… Я сказал, что болен. Если войду, Марио поймёт, что я ему солгал. Я никогда раньше ему не лгал.
– Но ты и правда болен, – напомнила Лэмб, – в смысле, выглядишь откровенно ужасно.
– Вот спасибо.
Сеп спустился вслед за Хэдли, держась за её руку, и постарался сконцентрировать внимание на её мокрой, окровавленной перчатке, чтобы голова не так кружилась.
– Что, если его здесь нет?
– Тогда дело ещё хуже, – ответила Хэдли.
Сеп посмотрел на неё.
– А ты выглядишь лучше. Увереннее.
– Мне и правда лучше. Я…
– Стой, – перебил Сеп. – Тебе становится лучше всякий раз, как мы уезжаем от ящика. И плохеет рядом с ним. И со вчерашнего дня ты слабела.
Он взял руку Хэдли и перевернул. Рана сияла в огнях двери фургона.
– Она не заживает нормально, – сообщил Сеп, и остальные вытянули шеи, чтобы разглядеть. – Боже, Хэдли, вот что делает та кровь, что попала в ящик, – пьёт твои силы! Ты отдала часть себя – свою кровь, свою энергию, – и через нее-то он тебя и наказывает.
– Боже, – ахнула Лэмб.
– Он забирает мои силы? – переспросила Хэдли.
– И подпитывается за счёт них, – кивнул Сеп на разбитое лобовое стекло.
Хэдли отдёрнула руку и побледнела.
– Я в порядке. Иди, нельзя тут задерживаться.
– Но…
– Иди! – крикнула она и толкнула его к двери клиники.
Сеп осмотрел ряды магазинов. Вернуться в цивилизацию оказалось слишком большим потрясением, как если бы инопланетный корабль вдруг сбросил сверху обычное мусорное ведро с хрустящими пакетами и лужами от мороженого. Происходящее казалось невозможным; вот только тебя укусила собака-зомби, затем преследовала смертоносная марионетка и другие мёртвые животные, и вдруг – рраз! – и ты смотришь на вывеску булочной.
Сеп постучал в дверь. Поначалу ответом была тишина, и всего на секунду в груди успела вспыхнуть надежда, но тут внутри зажёгся свет, и Марио окликнул: