— Ты улыбнешься для меня?
Я улыбнулся.
Она поморщила нос.
— Это не настоящая улыбка. У тебя не появились морщинки у глаз.
— Морщинки?
Она отмахнулась, поднимая свой бокал. Но прежде чем она успела сделать ещё один глоток, я выхватил бокал у нее из рук и поднес ко рту.
Блять, сангрия была ужасна.
Она добавила слишком много апельсинового сока, или слишком много рома, или слишком много вина. Может быть, всего понемногу. Это было похоже на разбавленный кисло-сладкий соус.
— Плохо, да? — надулась она.
В ответ я одним глотком допил содержимое бокал.
— Джас, — прошептала она. Проклятье, как же мне нравилось, когда она называла меня Джасом. Её взгляд устремился к моим губам. — Я больше не хочу спать на диване.
Слава, блять, богу. Я поставил пустой стакан в раковину. Кувшин можно будет вылить в канализацию позже. До готовности печенья оставалась минута, но я всё равно достал его, оставил на плите и выключил духовку.
Затем взял Элоизу за руку и повел в ванную. Быстро повернув ручку, я включил душ.
— Повернись, — приказал я.
Она без колебаний повиновалась и встала лицом к зеркалу.
Я завел руку за голову и стянул с себя футболку. Затем снял с ног шорты и боксеры, а потом и ботинки. Мой член был твердым и пульсировал, желая прекрасную женщину, которая стояла и молча смотрела на наше отражение.
Когда я подошел к ней сзади, Элоиза вздрогнула всем телом. Я уткнулся носом в её волосы, вдыхая этот пьянящий аромат. В них тоже чувствовался запах сгоревшего печенья.
Одной рукой я взял её за подбородок и повернул её лицо так, чтобы она посмотрела на меня. Она попыталась развернуться, но я покачал головой, не давая ей этого сделать.
— Ты когда-нибудь смотрела на себя во время оргазма?
У неё перехватило дыхание.
— Нет.
— Смотри.
Отпустив её подбородок, я кивнул на зеркало, края которого уже запотевали от пара в душе.
Затем взялся за подол ее футболки и снял её. Следом за ней на пол упал спортивный бюстгальтер. Когда к ним присоединились штаны и трусики, моя рука обвилась вокруг её талии, скользнула по бедру, прежде чем опуститься ниже.
— Ты мокрая для меня, ангел? — спросил я.
Она кивнула, ее дыхание стало прерывистым, а веки сомкнулись в тот момент, когда я провел пальцем по ее киске.
— Чертовски мокрая, — пробормотал я, касаясь губами кожи её плеча. — Не закрывай глаза.
Ее голубые глаза распахнулись, встретившись с моими в зеркале.
— Смотри, какая ты восхитительная, когда кончаешь.
Я гладил её, медленно, ленивыми круговыми движениями перемещая влагу от ее влагалища к клитору. Мой член был твердым, как камень, и жаждал погрузиться в её влажную киску. Я ввел его между её ягодицами.
Элоиза хныкала, двигая бедрами о мой член.
Я обнял её другой рукой за талию, прижимая к себе, и стал ласкать её клитор, всё быстрее и быстрее. Её тело начало дрожать. Её рот открылся, дыхание стало тяжелым. И, как я и приказал, она не сводила глаз с нашего отражения.
— Блять, ты великолепна, — я скользнул средним пальцем внутрь, затем снова вернулся к ее клитору, поглаживая его. — Посмотри на себя. Посмотри, какая ты сексуальная. Кому какое дело, умеешь ли ты печь печенье или делать сангрию. Ты идеальна, Эл.
— Джас.
Она повернула голову, потянулась назад, чтобы обхватить мою шею и притянуть мои губы к своим.
Я поцеловал её, наши языки сплелись в тот момент, когда она испытала оргазм. Я проглотил её крик, отказываясь останавливаться, в то время как её тело дрожало и рассыпалось на частицы. Сокращение за сокращением, она кончала, пока её тело не обмякло в моих объятиях.
Мы зашли в душ, и наши губы снова встретились, как только мы оказались под струями воды. Затем я приподнял её, ее губы слились с моими, руки коснулись моих щек, когда она взяла поцелуй под свой контроль, позволив мне прижать ее к скользкой кафельной стене.
Когда я скользнул внутрь её киски, погрузившись до самого основания, она обвила мою шею руками и крепко обняла, в то время как я жестко трахал её, не отпуская, пока мы не кончили вместе в безумных криках и стонах.
— Больше никаких диванов, — сказал я, мой член всё ещё был глубоко в ней.
Она провела пальцами по моим мокрым волосам.
— Хорошо.
Я вышел из неё и поставил на ноги. Пока я мыл голову, она провела мыльной мочалкой по моим плечам и спине. Затем мы вдвоем отправились на второй этаж, не обращая внимания на беспорядок на кухне.
Мы снова занялись сексом, медленно и лениво, пока оба не выдохлись.
Беспокойная энергия иссякла. Наконец-то. И хотя она заснула, прижавшись ко мне, отчего мне стало слишком жарко и некомфортно, я заснул и проснулся только тогда, когда в окна прокрался рассвет.