— Конечно.
Я натянул толстовку, прикрыв пропотевшую футболку. Если у меня оставалось всего несколько недель в Куинси с Фостером, я буду делать практически всё, что он захочет.
Кроме очередного мучительного ужина на ранчо.
— Ты не против заехать в «Кофе у Иденов»?
— Звучит неплохо.
Хотя поход туда был похож на небольшое предательство. По словам Элоизы, Лайла все еще вела себя странно, поэтому моя жена избегала кафе. Но если Фостер хочет поесть именно там, я позволю ему выбирать. Ему предстоит прожить в Куинси всю оставшуюся жизнь. Ему предстоит иметь дело с Иденами.
Элоиза и Лайла уладят всё после моего отъезда.
— Не возражаешь, если я быстро приму душ? — Фостер указал подбородком на небольшую квартиру в спортзале. Здесь он жил, когда только переехал в Куинси.
— Пожалуйста, — я взял телефон и сел на скамейку, пока он скрылся в квартире. Мгновение спустя включилась вода.
Я как раз собиралась просмотреть новости, когда зазвонил мой телефон. При виде имени на экране у меня все внутри сжалось.
Саманта.
Этот звонок не должен был меня удивить. С того момента, как я отправил ответ на приглашение на свадьбу, указав свое имя и поставив «плюс один», я знал, что последует еще один звонок. И все же мой пульс участился, а сердце подкатило к горлу.
— Что, Саманта? — ответил я, слишком крепко сжимая телефон и прижимая его к уху.
— О, моё полное имя. У тебя плохое настроение.
Когда же я перестану отвечать на её звонки? Я жалел об этом каждый раз. И вот я уже в тысячный раз слушаю её голос на другом конце провода.
— Тебе что-то нужно? Я работаю.
— Правда? Я только сегодня прочитала статью об конце карьеры Фостера Мэддена.
Я стиснул зубы, сдерживая ехидный комментарий, который только затянул бы этот разговор.
И она позвонила, чтобы сказать мне об этом в лицо. Сэм всегда критиковала мою работу тренера. Для нее это было хобби. То, что ни один уважающий себя мужчина не стал бы делать, потому что это никогда не сделало бы меня богатым.
Я уже был богат, и она это прекрасно знала, но моей бывшей жене никогда не хватило бы никакой суммы денег.
— Что нового? Трахался с какой-нибудь интересной девушкой в последнее время? — спросила она.
— Нам действительно нужно это сделать?
— О, это значит да. Расскажи мне всё о ней. Она дергает тебя за волосы так, как тебе нравится?
На самом деле, да. Элоиза всегда дергает меня за волосы, когда мы занимаемся сексом. Но я держу рот на замке.
— Расскажи мне.
— Нет, — отрезал я.
— Джаспер.
Я молчал, давным-давно усвоив, что буду я говорить или нет, это не имело значения, по крайней мере, для Сэм. Ей было наплевать на то, что я хотел сказать.
Она бы всё равно заполнила паузу в разговоре.
Элоиза делала то же самое.
Но Элоиза никогда не говорила с намерением причинить боль. Ее язык не был ее главным оружием. Нет, когда Элоиза говорила, ее сердце сияло еще ярче.
— Сколько раз ты её трахал? — спросила Сэм. — Больше, чем один раз? Она первая после меня?
Да. В свои тридцать три года я мог по пальцам пересчитать женщин, с которыми переспал более одного раза. Саманта.
И Элоиза.
— Твое молчание говорит само за себя, Джаспер.
Я всегда сожалел об этих звонках, но ни о одном из них не жалел так сильно, как о сегодняшнем.
Когда мы начали эту дурацкую игру? Я хотел бы вернуться в прошлое, к тому первому телефонному звонку после нашего развода, и заблокировать номер Сэм.
Когда она позвонила, в моей постели была женщина. Я только переехал в Вегас. Познакомился в баре с симпатичной девушкой и забыл её имя, как только она его произнесла. Но мне не нужно было знать его, чтобы затащить ее в постель.
На следующее утро меня рано разбудил звонок Сэм. Это разбудило и девушку. Сэм услышала ее голос на заднем плане и, вместо того чтобы повесить трубку, спросила, понравилось ли мне трахаться с другой женщиной.
Я соврал и ответил, что да, в основном для того, чтобы заставить Сэм ревновать.
Но Саманта уличила меня во лжи. Мы были знакомы слишком долго, чтобы так убедительно врать.
Через две недели Сэм позвонила снова. Спросила, был ли я с другой женщиной. И я рассказал ей все яркие подробности, поведал о своей сексуальной жизни, думая, что, возможно, это причинит ей такую же боль, какую она причинила мне.
Но этого не произошло.
После нашего развода прошло десять лет.
Когда же это прекратится?
— Вчера вечером у меня был секс, — сказала она. — Я думала о тебе. О нашем первом разе. Помнишь? Мы были так молоды.