Верхняя одежда осталась в гардеробе, а через тонкую ткань платья я слишком отчетливо чувствовала жар руки Гара.
— Это я с ней танцую первым! — набычился Лекс.
— Ты не сказал имя. Я сказал.
Я склонила голову к Гару и прошептала почти на ухо:
— Уступи. В этом никакой выгоды, поверь мне. Зато все будут довольны. И Лана тоже.
Гар ничего не ответил, но еле заметно кивнул. И вот я уже перетекла в руки Лекса, а Гар красиво пригласил танцевать Лану.
Я сама никогда не танцевала с ним… Но в этой жизни я хотела бы попробовать с Гаром все. В отношении же Лекса не было никакой загадочности. Он в прошлой жизни владел мной как вещью, и в этой снова набивался в моего хозяина.
Но такого больше не будет.
Я знаю себе цену. И знаю, как быстро ломаются ненужные и нелюбимые вещи…
Лекс не давал пространства, не кружил. В танце не было никакого наслаждения. Он злился, слишком плотно обнимал меня и просто раскачивался, имитируя танец.
— Хочу выпить, — не выдержав, прекратила я эту пытку, но Лекс не отпустил.
— Не танцуй с ним. Я не хочу, чтобы он дотрагивался до тебя.
Я пожала плечами.
— Не буду. Мне вообще не понравилось танцевать. А чем тут еще заняться можно?
Настроение Лекса сразу улучшилось. Губы растянулась в нахальной улыбке, и он сдал все тайны университетской вечеринки.
— Выпить. Чем же еще! Идем, покажу, где разливают.
Он взял меня за руку и потянул прочь из спортивного зала, куда-то в раздевалки. В мужской действительно наливали. Какую-то дешевую разбавленную, чтобы было побольше, херню.
Я сморщилась, пойло уже по запаху не проходило чек-контроль. Пробовать такое я бы не стала. Но остальным явно повезло, с разбавленного будет меньше отравлений… В памяти всплыл…
…Март и несколько машин скорой помощи, вывозивших студентов из общежития. Мы с Ланкой переглянулись, всматриваясь в окна и не понимая, что происходит.
— Сейчас позвоню. У меня в том общежитии знакомая живет!
А уже через пару минут мы знали ответ — массовое отравления алкоголем…
— Не пей! — остановила я Лекса, толкнув под руку и выбивая у него пластиковый стаканчик с пойлом. — Никто не пейте — отравитесь!
Лекс замер, обтекая вонючей жидкостью, а вот парни, обступившие лживых коммерсантов моментально на меня окрысились.
— Ты кто такая? Берега попутала?
— Кто ее привел?
— Пошла нах…
Недолго думая, я протиснулась между орущими парнями и пнула по пластиковому бочонку, заполненному вонючим пойлом. Он опрокинулся, разливаясь по раздевалке грязной лужей и обдавая всех угарным отвратительным запахом.
А потом кто-то меня толкнул, с другой стороны ответили, и я как мячик стала летать из одних рук в другие, понимая, что такое мне не простят.
— Сука!
— Все вылижешь языком…
— Хрен выйдешь отсюда, пока не развлечемся…
Грязные руки уже стали лапать тело и рвать платье. Во всем этом стремительном хаосе я пыталась разглядеть Лекса.
Его в раздевалке не было…
Предатель.
Очень знакомо. Именно поэтому он завязал на себе Гара, чтобы все грязные делишки за него делал Соболевский. Его прирученный Соболь. Его Шут.
Я все еще моталась между парнями, решившими устроить групповой секс в раздевалке мне в наказание, а себе в компенсацию, но не удержалась, откинула голову и громко, зло расхохоталась!
Это какой-то абсурд, что я, зная будущее и как сложится моя жизни, не могу сделать ее лучше, счастливее. Что я изначально повязана с нечестным, жадным Лексом и беспринципным, жестоким Гаром.
Ну, почему?
И именно в этот момент, когда мой смех оборвался, потому что я одна против десятка разгоряченных парней ничего бы не смогла сделать, дверь в раздевалку с треском открылась.
На пороге стоял Гар, а из-за его плеча выглядывал Лекс.
Ну… Это все, что надо знать о нем, о Лексе. Он просто поспешил за подмогой. А кто у нас решает все неприятности?
Конечно, Гар.
В этой жизни, если получится, я дам шанс Гару. Все. Больше никаких живущих розовыми мечтами мальчиков. Все по хардкору и никаких скидок.
— Отпустили ее, — бросил Гар, и он совершенно не был спокоен.
Когда Гар такой взвинченный, я предпочитала уйти с его дороги. А сейчас не могла. Я была в центре.
— А то чо? — нашелся в толпе самый смелый.
Я знала, что будет дальше. Толкать меня перестали, но двое парней с двух сторон еще держали меня, оставляя синяки своими пальцами на моих руках. Я застыла, не дергалась, просто стояла и смотрела в глаза Гару. Он на меня не смотрел. Он шел к заговорившему ублюдку.
Два шага. Удар. И тело парня безвольно упало мне в ноги.
Гар посмотрел на тех, что удерживали меня, те сразу отпустили и отступили. Я сделала шаг к Соболевскому. Он молча снял свой пиджак и накинул мне на плечи.