— Охотники чуют багров.
Каплан скручивает карту в рулончик, почему-то я думаю о том, что сейчас она окунет край бумаги в свой очень черный кофе.
— Нет. В троице. Когда идет работа. Багор достает гостя, метла, я так понимаю, прогоняет. Зачем нужна ты?
Что будет, если я промолчу? Она опять же скажет, что убьет меня и мою мать? Как легко ей, должно быть, грозить смертью: она не знает, на что это похоже, когда ты немного умер. Мне кажется, что я-то знаю. Но сейчас я чувствую бессилие. Хочется захныкать, как в пятом классе.
— Я не могу вам сказать, — мой рот открывается против моей воли.
Каплан поднимает брови.
— Знаешь, Варвара, мои люди, — она смешно произносит эту фразу, от нее веет сериалами с НТВ, — шерстили всякие форумы в интернете. Копались там — будь здоров! Всякая информация есть, сколько русалка весит, сколько съедает демон. Фоток и видео нет — оно и понятно, техника сбоит. Но почему-то нигде не пишут о том, как в мире появляется гость. Что именно делает багор, что делает охотница. Почему так, позволь спросить?
— Это слишком… Личное. Мы не говорим об этом.
— Как забавно.
Те, кто говорят — просто не знают. По тому, как человек что-то описывает, всегда понятно, что он из себя представляет. Те, кто болтает о том, как приходят гости, просто врут.
Каплан продолжает улыбаться.
— Я не расскажу вам, — я хлопаю ладонями по коленям, — можете просто убить меня прямо здесь. Я не могу этого описать. Зачем вам? Я нашла вам вашего багра.
Я понимаю, что уже не боюсь: есть вещи за пределами моих возможностей. Я не могу раствориться в воздухе, если к моему черепу приставлен пистолет. Я не могу убежать от того, что я охотница, и даже «Морошка», мое надежное убежище среди сушеных грибов и ягод, привело меня к этой сцене. К тому, что со мной делает Каплан. Может быть, вот он — детерминизм? Где-то лежит золотая скрижаль, где записано, как моя начальница с ее идеально бордовыми губами грозит мне. Полагаю, что тот, кто заявлял, что нет судьбы, просто не сталкивался с настоящим страхом и бессилием.
— Я буду проверять информацию, что ты там откопала, — Каплан на мгновение бросает взгляд на экран своего Макбука, скрещивает руки на груди. На ней дорогущий, идеально выглаженный, без единой складки, свитер, — и тогда свяжусь с тобой. Тебе самой интересно, что ты нашла?
Я нашла обычный двор: две хрущевки, магазин «Пятерочка». Но ошибиться было нельзя.
Я бродила в этой «Пятерочке», как зачарованная. Шагала вдоль полок с пивом и быстрорастворимыми кашами, и красные листья сыпались перед моими глазами, будто я попала в кленовый лес в шторм. Пахло бургерами, бергамотом, мускусом, ванилью, ванилью, и снова ванилью. Я чувствовала тревогу и иронию, еще странное ощущение в горле, как будто хочу сухо смеяться. Интересно, до этого я охотилась так же? Могла ли я ощущать все эти вещи настолько объемно, осознанно, распознавать образы?..
— Варвара.
Я дергаюсь, как будто проснулась.
— Ты куда улетела? Я спросила, интересно тебе, что ты нашла?
Подпольная лаборатория. Ну конечно.
— Ну конечно, — безучастно говорю я.
Каплан выдала мне две идеально новые бумажки (за издержки) и выпроводила, обещав позвонить.
Я выхожу в метель, и снег пахнет ванилью.
***
Через три дня бессмысленных залипаний в сериалы, я решаюсь отправиться в магазин за едой. В самый промозглый месяц меньшее, чего мне хочется, это шагать по раскисшему снегу и толкаться в очереди, но деваться некуда. Мне нужно кормить свою несчастную мясную тушку. Я привычно хватаю в магазине пластиковую зеленую корзинку и набираю с полок традиционный набор: яйца, молоко, макароны, помидоры в изящном пластиковом гробике.
Пробиваю и иду домой; у входа в подъезд вижу стройную фигуру в дорогой шубе.
На секунду мне кажется, что это Каплан, но нет, от женщины слишком фонит гостями. Метла?.. Нет; просто какие-то смутные следы, возможно, она даже не одаренная.
— Варвара, — говорит женщина, пока я пытаюсь прошмыгнуть мимо нее в подъезд.
Я закрываю глаза и медленно вздыхаю. Видимо, вот такой теперь будет моя жизнь.
— Что вы хотите?
Женщина примирительно поднимает руки. У нее сухие тонкие пальцы, будто промороженные насквозь.
— Я знакомая вашей начальницы, Веры Каплан. — Женщина медленно моргает, рассматривая мое лицо. — Мы можем поговорить внутри? Речь о работе, которую вы делали для Веры.
За моим подъездом что — следили?.. Обалдеть, конечно. Я представляю, как эта женщина в изящной шубе прячется за мусорным контейнером, пока я выбрасываю перевязанный пакет с пустыми банками и упаковками «Доширака», и хмыкаю под нос.