— Когда ты так формулируешь, я звучу как псих.
— Это я звучу как псих, а ты просто поделилась со мной своими ощущениями.
— Да. Поэтому я и хотела тебя спросить, вытаскивал ли ты фею…
Народ в столовой шумит: заканчивается рабочий день, работники Центра набиваются в помещение битком. Очередь уже доросла до середины зала; люди заходят, бросают на все это дело разочарованный взгляд и уходят. Третий стул у стола, за которым мы сидим, уже давно кто-то молча умыкнул.
— Я не вытаскивал фею, — Багор серьезно смотрит на меня и придвигается чуть ближе. От него опять очень приятно пахнет: и в этот раз это та самая знакомая до боли ваниль. — Но я вытаскивал суккуба. Феи и суккубы — один план. Фею хрен вытащишь, я… Я не мог за нее ухватиться даже. Никогда. Я пытался, поверь.
— Ты единственный багор здесь? Это точно так?
— Ну ты же сама меня нашла, — Багор улыбается, — ты охотница. Каждая охотница желает знать…
Ну да. «Где сидит багор».
— Тогда я не понимаю, как сюда могла попасть фея, — я повышаю голос, стараясь перекричать столовский шум и радио «Дача», — всё это странно. Ладно, давай подумаем об этом потом. Как у тебя дела с анализами с тела Светланы?
— Неизвестный реагент, — Багор пожимает плечами, — я ничего не нашел. Какое-то вещество есть, но я ничего не понял. Я могу только хаотической наукой заниматься, видимо. Вот, смотри.
Он достает из кармана халата телефон, что-то в нем ищет и наконец демонстрирует мне: кадка, из земли растет полупрозрачное зеленоватое нечто. Тонкие ветки перекручиваются между собой, ажурные листья гирляндой спадают из кадки на пол. Картинка настолько сюрреалистическая, что кажется некачественным коллажем.
— Это с плана нимф, — Багор ласково водит по экрану своим тонким пальцем, — мы умудрились взять пробу грунта с семенами. Я год с ними возился и вот что получилось! Правда, он быстро завял…
— Ты вырастил куст с… Другого плана? — я глупо моргаю. — Как такое может быть?
— Ну, демоны ведь живут тут, — Багор убирает телефон, — феи, наверное, тоже. Растения проще, чем гости.
— Как круто… Такого раньше точно никто не делал…
— А никому раньше это не было интересно, — заявляет Багор. — До сих пор не верю, что Александр мне разрешил такой проект. Он, конечно, агрессивный и все такое, но как босс он классный.
Я молчу.
— Слушай, у меня завтра рано утром какой-то эксперимент, я бы пошел отсыпаться. Я поищу что-нибудь про фей. Может, даже осмелею и поспрашиваю у себя в Башне… Я тебе напишу.
Я едва успеваю махнуть ему рукой, как Багор исчезает в толпе. Я тоже встаю, и на наши места сразу усаживается парочка молодых ребят, будто совсем студентов. Один из них чем-то похож на Т., и так же громогласно хохочет, пока я натягиваю пальто.
***
«Совместный внеплановый эксперимент групп Мир, Башня и Выбор. Просьба прибыть на арену не позднее, чем в 13.15».
Я роняю зубную щетку и она, минуя раковину, падает прямо на кафельный пол.
Вчера, после заседания с Багром в столовой я закупилась батончиками и ушла в свою каморку, чтобы есть один батончик за другим и читать сплетни в социальных сетях. Я уснула около двух, будучи уверенной, что сегодня отосплюсь. Я проснулась в десять и, пока умывалась, долго игнорировала светящийся экран телефона.
Чертыхаясь, я поднимаю щетку с пола, с минуту изучаю свое лицо и трещины на губах. Не хочу. Я боюсь того, что этот «внеплановый эксперимент» со мной может сделать. Внеплановое — это всегда плохо. Это сюрприз, а я их терпеть не могу.
Пока я иду к арене, солнце вновь греет лицо, но я не верю в весну, еще чего не хватало. Центр должен быть одинаково серым: что вверху, то и внизу. У арены людно: я вижу три силуэта в кабинке — перед моими глазами она навсегда останется заляпанной кровью — а сбоку, у входа, дежурят какие-то суровые мужики в военной форме. По арене бродит одинокий Ораш в пестрой шапочке. Багра не видно.
— Варвара Карелина, подойдите к наблюдательному пункту, пожалуйста, — раздается голос из динамиков.
Я иду к кабинке. Дверь распахивается, передо мной предстает такая компания: Давид, Александр и незнакомый молодой парень, чем-то похожий на Стаса, но рыжеватый и разодетый в нарядные яркие шмотки. На нем и синее пальто, и белый в полоску шарф, и какие-то нелепо блестящие серебристые очки. Он белозубо мне улыбается:
— Привет, Варвара! Я Влад, я метла из отдела Выбор, — он очень прогрессивно протягивает мне руку для пожатия. Рука сухая и теплая, пожатие — не слишком поверхностное, чтобы я почувствовала пренебрежение, не слишком крепкое, чтобы не быть агрессивным. Видимо, репетировал. — Прошу прощенья за такой сюрприз, у нас по графику был эксперимент примерно на эти даты, но я не финализировал расписание, а у вас…