Влад из отдела Выбор делает грустное лицо. У него прозрачные голубые глаза, как у Кой.
— У вас случилось несчастье. Но мы с коллегами решили все же собраться сразу после прощания, чтобы не тянуть, сама понимаешь.
Я не понимаю, но киваю. Давид усмехается, Александр что-то тычет на планшете и не обращает внимания ни на меня, ни на Влада.
— Кстати, Ораш — мой наставник, всегда рад посмотреть на него в деле. И на тебя хотел поглядеть, говорят, ты запредельно крутая!
Я вновь киваю, Влад вновь лучезарно улыбается. И продолжает:
— Так, я понимаю, мы ждем Романа, — Влад отодвигает рукав пальто и бросает взгляд на часы. Они выглядят неприлично дорого, хотя чтоб я в этом разбиралась. — Что ж, не буду тебя задерживать! Сегодня что-то маленькое, разрез поуже, синхронизация минимальная, ну что я тебе буду объяснять.
«Не буду задерживать» — интересная фраза. Как будто мне есть, куда деться с арены и вообще большое пространство для маневра. Ну, Влад хотя бы пытался сделать вид, что я ему интересна и вел себя довольно… Вежливо. Отдел Выбор… Чем они вообще занимаются?.. Чего-то я не припомню карты Таро с таким названием.
Я поднимаюсь на арену: бетон запылен и кое-где покрыт черными разводами. Ораш стоит, скрестив руки на груди, и смотрит в сторону:
— Хоть бы лавочку какую поставили. Спина болит.
Я не успеваю сказать ему что-то ободряющее, как из-за ворот появляется Багор. Идет быстро, но я замечаю, что он подволакивает правую ногу, пальто расстегнуто, халат под ним порван.
— Давайте начинать, — тихо говорит он, поравнявшись с нами.
— С тобой все нормально? — я вижу, что на его щеке ссадина, а волосы влажные, как после душа, — ты где был?
— Неважно, — бормочет Багор, и заносит руку назад — чтобы скорее достать Иглу. Давид начинает объявлять в микрофон название эксперимента, но я хватаю Багра за руку и, пока он старательно на меня не смотрит, быстро его читаю. Быстро, и глубоко.
Чернота. Трещина. Скорость.
Розовый песок и молочные берега, кисельные берега, гладкие, друг в друга перетекающие берега, очень яркие, глаза чертовски режет, да и вообще режет, очень больно, но надо терпеть. Горе от потери черной дырой, в которую все провалилось, все укатилось, девушка с синими волосами пропала и утекла в черную дыру и черную жижу. Мама готовит шарлотку, на часах четверть четвертого, в ее глазах — трещина.
Чернота.
Я заваливаюсь на бок, перед лицом мелькает пестрое пальто Ораша, он хватает меня обеими руками. Сзади крепко держит Багор, разворачивает на себя:
— Хватит.
Он очень серьезно смотрит на меня. Взгляд у него такой же, как и в момент, когда мы нашли мертвую Светлану.
Я хочу извиниться, но мои губы не могут двигаться.
Очень больно, но надо терпеть.
Я залита цементом, и я молчу.
— Троица, что там у вас творится? Начинаем эксперимент.
Я смотрю на них зло. Я ничего не поняла. С Багром случилось что-то плохое, прямо сейчас, типа, часа два назад, и я хочу разобраться. Я смотрю на него исподлобья и молчу.
— Хватит, Варвара. Пожалуйста.
В этот раз он выхватывает Иглу, держит меня за спину, чуть запрокидывает назад, и я жмурюсь. Сейчас я должна прочитать его — но немножко.
Чернота. Трещина.
Время, пространство, бытие, небытие разрезаются передо мной, я вдыхаю и выдыхаю.
— Молодец. Спасибо.
Я вообще не понимаю, как он может разговаривать сейчас; мой нос забивается запахом пыли и песка, будто я в заброшенной библиотеке в пустыне. Рядом бьется горячее и горькое. Это джинн. Он сполохом проносится перед моими глазами. Огненно-лавовым. Опаляющим. Я думаю о нем, думаю о Багре, думаю о Кой, думаю об опаленных нитках на ее платье, думаю о пустыне.
— Удерживание гостя на десять… девять…
Я еле слышу голос из динамиков. Кажется, это Влад. Я дышу ртом, пока передо мной сияет разрез, я вижу только рукав черного пальто Багра и запрокидываю голову назад.
— Четыре… Три… Снимаем показатели, синхронизация классная, два…
Я задыхаюсь. Не могу впустить в себя воздух, все засыпает песок и пыль.
Не вижу, как двигается Ораш, но по тому, что огонь гаснет, понимаю, что он изгоняет гостя. Разрез гаснет, и в эту же секунду Багор подхватывает меня, закидывает мою руку себе на плечо.
— …ну молодцы. Никогда такого не видел, — Влад продолжает трещать в динамиках, — Ораш Эшонович, вы потрясающий, как всегда! Чудесная работа! И без наклеек…
Я вспоминаю, что мне не наклеивали датчики на спину, как в прошлый раз. Влад не затыкается, и мне не нравится, что все смотрят, как я вишу на шее у Багра. Я утыкаюсь носом в ворот его черной футболки и тихо говорю: