Я закрываю дверь, спускаюсь, обуваюсь, выхожу на улицу, краем глаза вижу теплицу. Сегодня пасмурно, мелкий дождь лезет в глаза, моя мама называет такую погоду «сонной». Но я сегодня уже выспалась, и так, чтоб лучше не спала вовсе.
В теплице мелькает тень, и я шагаю в ее сторону. Дверь приоткрыта, стёкла запотели, по ним мелкими ветвистыми дорожками стекает влага.
— О, Варвара, — Багор меня видит издалека, — заходи. Я тут утром кофе пью.
Я шагаю в теплицу, и первое, что вижу — какие-то мелкие пальмы с цветочками, кактусы, буйство зелени, и сразу вспоминаю, как в школе ходила с классом в Аптекарский огород.
Багор сидит между грядок на раскладном кресле, как всегда, вытянув ноги. Сегодня он воплощает собой какой-то раскованный гедонизм, что ли. Кофе у него налит в красивую чашку, которая стоит на деревянном ящике, за ящиком просматривается подозрительная коллекция банок и бутылок разных форм. Я неловко мнусь у входа, Багор смотрит на меня снизу вверх со смесью искренней радости и настороженности, на нем нет очков, он одет в какой-то удивительно мажорный синий стёганый халат, на груди тоже виднеются силуэты гостей, какие-то суставы, всполохи, кости, волосы распущены и кудрявой копной лежат на плечах.
Мне становится очень неловко. Я не чувствую между нами симбиоза, я не хочу его читать, я просто девушка и он мне нравится.
Очень сильно.
Но делу это не поможет.
— Я тебя искала, — придвигаясь боком, говорю я, — думала, что ты уехал, но пакеты увидела…
— В комнату мою заходила, поди? — Багор сурово сдвигает брови, но я вижу, что он смеётся.
— Заходила.
Я присаживаюсь на большой деревянный ящик. Багор наклоняется ко мне и очень серьезно говорит:
— Знаешь, что удивительно? Вот ведь ни разу, с самого начала, когда ты здесь появилась, бродила по этажам в поисках моего аквариума, а потом искала Отшельника, а потом искала фею, никто, ни одна вот живая душа не напомнила тебе одну поговорку.
— Какую?
— Про любопытную Варвару, которой на базаре нос оторвали.
Я опускаю голову на колени и хохочу. Это так глупо и странно. Я хотела серьезного разговора, и я все ещё на него зла, но мне ужасно смешно.
— Но ведь не оторвали ведь, — я распрямляюсь. Багор смотрит на меня без улыбки, как будто не он сейчас вспоминал дурацкую поговорку. Я не хочу думать о том, что, возможно, мы больше не увидимся, он больше не будет меня смущать, я больше не увижу его красивое трагическое лицо. Я не могу украсть его отсюда, я себя-то с трудом отсюда украду. Надеюсь, украду.
— Я прекрасно понимаю, о чем с тобой говорила Фазлеева, — Багор отпивает из чашки, трёт пальцем лоб, — фея тебя пометила, дала тебе какой-то дар, или побочку, что-то сделала. Ты хочешь контактировать с ней?
— Хочу выкинуть ее отсюда. Может быть, тогда и побочки эти пройдут. Да и вообще, это тварь опасная, я не в восторге от Центра, но я не хочу, чтобы еще кто-нибудь умер.
Ого, это я теперь спасаю работников Центра? Я теперь добрая волшебница на страже жизней? Ничего себе, куда это все завернуло. Багор спрашивает:
— Ораш знает?
— Он согласился мне помочь. Мы встречаемся в час ночи у корпуса 5, за ареной.
Багор молчит. И я молчу. Я думаю, что он начнёт меня переубеждать, или смеяться, но после паузы он говорит:
— Я так и думал, что ты решишь что-то такое вытворить. Если бы ты не решилась, ты бы мне так сильно не нравилась.
Я вспыхиваю. В теплице очень жарко, я расстёгиваю куртку и смотрю на землю, посыпанную крупным белым гравием.
— Ты придёшь?
Багор качает головой. Я не хочу смотреть на него, но я пересиливаю себя. В его глазах темнота. Он мне откажет. Я догадывалась, что откажет.
— Ты ведь знаешь, что я не могу. Я слабый, трусливый человек, Варвара.
— Но ведь…
— Да ты знаешь, что это так, — Багор придвигается ко мне и наклоняется, наклоняется ещё ближе, я опять смотрю в землю — мне кажется, мои щёки малиновые, и все это полное безумие, что вообще сейчас произойдёт? — Я бы хотел быть твоим героем, я бы хотел вытащить тебя отсюда и убежать куда-нибудь далеко, сидеть с тобой на солнце и есть одно мороженое на двоих. Но я не могу. Не могу, Варвара.
Я слышу, как где-то в теплице капает вода. Слышу, как Багор дышит. Я, как мне кажется, не дышу.