Думаю, вы поняли, кто это сказал.
– А наши-то ого-го!
Тут тоже, полагаю, не нужно уточнять автора фразы.
Тем временем Ого-го вступило в Техас.
– Слушай: представь меня в ковбойской шляпе и с «Мальборо» в зубах. Как, а?
– Коня не хватает, – ответил я Народному представителю.
– Ну если на машине ездить умею, то и на лошади научусь. Просто, слушай, я ж в душе ковбой.
– Это ты к чему?
– Ну когда наши закончат там все, они ж нам все раздадут. И вот я подумал: я пентхаусами брать не буду, возьму ранчо в Техасе. Небольшое, гектаров на десять.
Но Ого-го больше интересовалось городами и пентхаусами, а не селами и ранчо. Впрочем, люди уже знали, что делать: руки в ноги и вперед! Тут-то Супертехнология выдала свое первое усовершенствование – дистанционное уничтожение. Все, кто сбежал, померли там, где были. Некрологи снова стали не в моде.
– Семимильное развитие! Я, признаться, недооценивал искусственный интеллект, – прокомментировал новые события Интеллигент.
Пройдя весь Техас, Мук-скороход продолжил путь на запад. Калифорния?
– Welcome to the Hotel California, – ежечасно вещали российские радиостанции.
Такое отношение было, увы, не только в России. У богатого соседа дохли коровы – у всей деревни был Сабантуй.
3
К тому времени стало ясно одно – всему виной одинокая человеческая фигура. Именно она со всеми спецэффектами путешествовала по Америке. Видеозаписи твердили об этом. Но что это была за фигура?
– Голограмма, – утверждал Интеллигент. – Я смотрел видео. Никакого вреда ей не причинить. Проходит через все барьеры. Новая армия технократии.
– Супергерой! – утверждал Народ. – Идея-то америкосов была. Но они что с ней сделали? Фильмы в Голливудике снимали, баблосы рубили. А наши? Посадили за эту идею ученых – и все! Теперь америкосы – со своими пауками и капитанами Америками из фильмов, а мы – с нашим Супермайором в реальности!
У меня тоже была версия. Все та же. Но уже без тумана. Думаете, и сейчас вам ее не скажу? Правильно думаете.
Путешествие Супермайора значительно подняло знания населения России по географии США. Теперь-то все знали, где Нью-Йорк, а где Луизиана. Что еще лучше, географией дело не ограничилось:
– Представляете, оказывается Калифорния в экономическом плане – это две с половиной России! – поведал мне Интеллигент. – Мы, вот, все мним себя великой страной, но мы карлики даже по сравнению с маленькой Калифорнией, не говоря уж о всей Америке и Западной Европе!
Я изобразил удивление. К сожалению, Глас интеллигенции разбирался лишь в своей узкой сфере плюс имел какие-то смутные знания о никому не нужных областях, которые называл культурной базой. Если что узнавал новое, преподносил это как великое открытие.
Впрочем, экономика интересовала не всех:
– Я вот жду, когда до Голливуда доберутся. Может, какие секретные фильмы покажут, а?
До Голливуда действительно добрались. Но без новой кинопродукции. Судя по убыли численности режиссеров и актеров, фильмов и сериалов еще долго не будет.
Когда с Калифорнией было покончено – заняло это целый месяц, две с половиной России переварить непросто, – Ого-го повернуло на север.
– Все, как я и говорил. Обратите внимание: не в Мексику, а вглубь США. Власть искусственного интеллекта в отдельно взятой стране.
Северный путь был пройден быстро, попутно удивив россиян тем, что город Вашингтон и штат Вашингтон – это, оказывается, не одно и то же. А потом Супермайор вступил в Канаду.
4
– В отдельно взятой стране? – не удержался я от иронии.
– США и Канада суть одна страна, – с некоторым снисхождением пояснил мне Интеллигент. – Там и границы толком нет.
Снисхождение было частью не просто фразы, а самой натуры Гласа интеллигенции. Отчасти поэтому Глас народа его и недолюбливал. Если к тебе относятся как к Шарикову, будешь ли уважать такого человека? А Интеллигент иногда в открытую заявлял:
– Еще Булгаков устами Преображенского говорил простому люду: «Вам нужно молчать и слушать».
В такие моменты мне становилось не по себе.
Во-первых и в-главных, потому, что находил и в себе такую черту. Вот, например, рассказывая вам о событиях последних лет, ерничаю над мнением людей. Я, конечно, тешу себя надеждой, что каждого из них уважаю и пиши рассказ о них – я бы в первую очередь подчеркнул их положительные качества, что моя ирония относится к их представлению о событиях, а не к ним самим. Но честен ли я с собой?
А во-вторых, в такие моменты я задумывался над тем, кто я для профессора… Борменталь? Или тот редкий подвид Шарикова, который следует двум великим заветам, «молчать» и «слушать»? Под второе определение я, пожалуй, больше подходил.