— Жутко, правда? — спросил Томми-Рэй, открывая дверь во двор. Может, и он это чувствует? Но следующая реплика разрушила эту надежду.
— Пустые дома. Жуткое место. Но не для тебя. Ты ведь в них и работаешь, правда?
— Правда.
— Джейф не любит солнца, вот я и привел его сюда. Чтобы он мог укрыться до вечера.
Когда они вышли на солнце, Томми-Рэй поморщился.
— Знаешь, я, наверное, скоро стану таким же, как он. Раньше я любил пляжи и все такое. А теперь… просто с души воротит.
Он направился к бассейну, опустив голову, чтобы не смотреть на солнце.
— Так вы с Мартиной трахались? Вообще-то она не Мисс Вселенная. А уж внутри у нее… Ты бы видел! Вот это зрелище! Все это выходит прямо через дырочки на коже… как их?
— Поры.
— Чего?
— Поры. Маленькие дырочки.
— А-а. Ну да.
Они подошли к бассейну. Томми-Рэй продолжал:
— Ну вот, Джейф их так и вызывает. Силой духа. Я зову их по именам… ну, по именам людей, у которых их взяли, — он оглянулся и увидел, что Уильям смотрит на ограду, словно выискивая в ней проход. — Удрать хочешь?
— Нет… нет… не хочу.
— Мартина! — позвал юноша. Поверхность воды всколыхнулась. — Сейчас она вылезет.
Уильям шагнул вперед. Едва то, что было в воде, показалось на поверхности, он изо всех сил толкнул Томми-Рэя. Тот вскрикнул и пошатнулся. Уильям успел взглянуть на то, что было в бассейне, — что-то вроде военного корабля с лапами. Потом Томми-Рэй упал прямо на него. Уильям не стал смотреть, что будет дальше. Он бросился на самое слабое место в ограде, проломил ее и кинулся бежать.
— Ты упустил его, — констатировал Джейф, когда мокрый Томми-Рэй появился в двери. — Вижу, тебе ничего нельзя поручить.
— Он меня надул.
— А ты удивлен? Неужели ты еще не понял? Люди часто притворяются. Тем и интересны.
— Я пытался догнать его, но он убежал. Хочешь, я пойду нему домой? Убью его?
— Ну-ну, полегче. Пусть распускает слухи день-другой. Кто ему поверит? Мы все равно уйдем отсюда вечером.
— Есть и другие пустые дома.
— Это лишнее. Я нашел для нас хорошую резиденцию.
— А где?
— Увидишь. Она еще не совсем готова.
— Кто «она»?
— Говорю, увидишь. Пока я хочу, чтобы ты кое-куда съездил по моим делам.
— Хорошо.
— Это ненадолго. На побережье есть место, где я оставил кое-что важное. Теперь я хочу, чтобы ты мне это доставил, пока я тут разберусь с Флетчером.
— Я бы хотел это видеть.
— Тебе так нравится видеть смерть?
Томми-Рэй усмехнулся.
— Ага. У моего друга Энди вот здесь, — он указал на грудь, — татуировка. Череп. Он всегда говорил, что умрет молодым. И ездил в Бомбору — знаешь, там такие скалы и волны? — и катался там на доске, прямо на этих волнах. Вот и я так хочу. Умереть легко.
— А он умер?
— Ни фига.
— Но ты можешь.
— Хоть сейчас!
— Не спеши так. Тут скоро будет большой сбор.
— Что?
— Очень большой. Такого здесь еще не видели.
— А кто там будет?
— Половина Голливуда. А другая половина хотела бы там быть.
— А мы?
— О, конечно, мы тоже там будем. И позабавимся.
Ну вот, подумал Уильям, уже стоя у дверей дома Спилмонта на Пизблоссом-драйв. Вот кому я могу все рассказать. Спилмонт был одним из тех, с кем Уильям решал дела. Но кроме того, он был одним из тех (а может, и единственным), с кем можно было быть откровенным.
— Билли? — удивился Спилмонт, оглядывая Уильяма. — Ну у тебя и вид!
— Плохие новости.
— Входи.
— Случилось нечто ужасное, Оскар, — Уильям пытался говорить связно. — Я никогда еще не видел такого кошмара.
— Сядь. Успокойся. Джудит, это Билл Витт. Хочешь выпить, Билли? Тьфу, да ты трясешься, как лист.
Джудит Спилмонт, женщина в рубенсовском вкусе, большегрудая и широкобедрая, выплыла из дверей кухни и продублировала восклицания мужа. Уильям выпил стакан холодной воды, чуть успокоился и вдруг понял, как нелепо звучит то, что он собирался рассказать. Это просто страшная история для детишек в летнем лагере, которую они забывают при свете дня. Но Спилмонт уже приготовился слушать, отослав жену обратно на кухню. И Уильям добросовестно все рассказал, не упустив даже имена тех, кого Джейф посетил в предыдущую ночь.
— Я знаю, как это глупо звучит, — заключил он.
— Мог бы и не добавлять, — заметил Спилмонт. — Если бы это говорил не ты, я бы уже вызвал «скорую». Но, черт возьми… Томми-Рэй, он же чудесный парень.