— Ты в порядке? — Спрашиваю я, окидывая взглядом ее покрытое синяками тело. — Тебя ранили?
Она качает головой и быстро осматривает свое тело, адреналин пульсирует в ее венах, делая невозможным чувствовать что-либо.
— Я… Я думаю, со мной все в порядке, — отвечает она, ее глаза все еще широко раскрыты и полны паники, она постоянно оборачивается, чтобы посмотреть в заднее окно, чтобы убедиться, что за нами нет хвоста. — Что, черт возьми, это было? — выдыхает она. — Я … Я…
— Я знаю, — бормочу я, моя грудь все еще тяжело поднимается и опускается от судорожных вдохов. — Это был полный пиздец, но мы живы, и это самое главное.
Она кивает, сосредоточившись на медленных, глубоких вдохах и глядя в лобовое стекло.
— Все кончено, — выдыхает она, облегчение накрывает ее волной. — Все действительно кончено.
— Что ж, — говорю я, не желая сообщать плохие новости. — Во-первых, я понятия не имею, где мы находимся и как вообще отсюда выбраться. Во-вторых, мы не знаем, был ли твой похититель убит, арестован или ему удалось скрыться. Мы просто… мы не знаем, но нам нужно укрыться в безопасном месте, пока мы не разберемся во всем.
— Правильно, — говорит она, позволяя реальности моих слов начать осознаваться, когда она садится прямее и начинает нажимать кнопки на GPS. — Ко мне домой. Мне нужно попасть домой, сообщить им, что со мной все в порядке.
Я хмурюсь.
— Я… не думаю, что это такая уж хорошая идея. Ты сказала, что он забрал тебя оттуда, так что, если он пойдет искать тебя, он начнет оттуда. Мы можем… Я, черт, — вздыхаю я. — До того, как меня похитили, у меня была квартира в городе, но меня собирались выселить, и я даже не знаю, моя ли это еще квартира, но это лучшее, что я могу придумать. Миссис Браун дальше по коридору, она разрешит тебе воспользоваться ее телефоном. Мы можем позвонить твоему мужу и что-нибудь придумать, пока мои ребята не приедут за мной.
— Придут за тобой? — спрашивает она, ее полный ужаса взгляд медленно перемещается, чтобы встретиться с моим. — Что ты имеешь в виду? Кто… кто был тот парень там, сзади? Тот, кто освободил меня?
— Роман ДеАнджелис, — говорю я ей, наблюдая, как ее глаза расширяются от наихудшего страха. — Тот, кто похитил меня. Несколько месяцев назад трое братьев ДеАнджелис ворвались в мою квартиру и забрали меня. Они придут, и тогда мы обе будем в безопасности.
Она таращится на меня, как будто я говорю на другом языке.
— Как, черт возьми, мы когда-нибудь будем в безопасности с братьями ДеАнджелис? Они… они убийцы.
Я качаю головой.
— Я имею в виду, то, что говорю, но они не причинят тебе вреда, если я попрошу их не делать этого. Они защитят тебя и помогут вернуться к твоей семье. Мои отношения с братьями… они изменились с тех пор, как меня похитили. Они заботятся обо мне.
— Что это за дурацкая стокгольмская херня? — требует она ответа, ее руки взлетают к дверной ручке и пытаются открыть ее. — Остановись. Останови машину. Я хочу выйти.
— ОСТАНОВИСЬ, — кричу я ей, протягивая руку и хватая ее за руку, чтобы удержать от попытки превратиться в дорожную лепешку. — Не глупи. Подумай об этом, если бы Роману было насрать, он бы оставил тебя там. Он помог мне спасти тебя. Ты должна доверять мне. Они помогут, и, если что, они смогут убедиться, что он никогда больше не придет за тобой. Твоя семья будет в безопасности. Он больше никогда не причинит тебе вреда.
Жасмин долго смотрит на меня, и я вынуждена снова обратить внимание на дорогу, прежде чем она, наконец, вздыхает, нажимает кнопку на GPS, чтобы привести нас в город, и откидывается на спинку сиденья.
— Хорошо, — говорит она дрожащим голосом, решив доверить мне свою жизнь несмотря на то, что только что встретила меня. — Что теперь?
— Теперь, — говорю я ей. — Мы придумываем, как, черт возьми, нам снять эти 
ошейники с наших шей.
Требуется два часа и почти целый бак бензина, чтобы вернуться в город, и когда я загоняю “Эскалейд” на свое старое парковочное место, слезы наполняют мои глаза. Я ненавижу эту квартиру, но это был единственный настоящий дом, который у меня когда-либо был. Я никогда не думала, что у меня будет шанс вернуться сюда.
Уже третий час ночи, и, учитывая, что на нас обоих нижнее белье в стиле бондажа, сапоги до бедер и толстые металлические ошейники, я не могу быть счастливее, заезжая в темный подземный гараж, покрытый тенями.
Мы выходим из машины, и когда я обхожу ее, чтобы встретиться с Жасмин с другой стороны, мой взгляд скользит мимо заднего стекла и застывает. Мое тело застывает, когда я заглядываю в машину и вижу тело, уставившееся на меня мертвыми глазами.