— Родители передали вам всё верно, как вас зовут? — Ирина Павловна села за свой стол, а я примостилась в одном из стульев, что стояли напротив.
— Полина.
— Очень приятно, хотя повестка нашей встречи не очень. Антонина действительно уже две недели не появляется на парах, а её куратор и одногруппники не могут до неё дозвониться. Никто ничего не знает. Как я поняла, в группе она почти ни с кем не общается, а с кем, всё же, поддерживает связь — тоже ничего не знает. Либо же не хочет говорить.
— Были какие-либо предпосылки к тому, что она вот так вот всё бросит? Я не в курсе, так как у нас напряженные отношения, и мы уже долгое время не общаемся.
— Как я поняла со слов куратора — в начале учебного года всё было хорошо, а вот к Новому году её успеваемость ухудшилась. А уж с этого семестра начались прогулы и тотальное игнорирование учебного процесса. Мы будем вынуждены её просто отчислить.
— Я понимаю. А те ребята, с кем она общается, можно с ними как-то поговорить или с куратором?
— Сейчас я позвоню Елене Владимировне.
Пока женщина дозванивалась, я мысленно ругала себя за то, что вообще согласилась куда-либо ехать. Эта девчонка по-любому вляпалась в неприятности.
После, вместе с директрисой, вышли в коридор и направились к одной из аудиторий. Она попросила меня подождать снаружи, а сама зашла внутрь.
Через несколько минут прозвенел звонок, и из кабинетов потекли уставшие студенты.
Елена Владимировна, также женщина в возрасте, повторила всё, что мне до этого сказала Ирина Павловна. Новой информации у них не было, и уходила я из колледжа, по сути, ни с чем.
Я уже хотела набрать Марину, чтобы передать ей всё, что узнала, как меня окликнули.
— Подождите, пожалуйста! — я обернулась и увидела перед собой невысокую девушку, которая пыталась стащить с себя шапочку и халат одновременно. — Вы сестра Тони?
— Да. А ты?..
— Я её подруга… Ну точнее была или ещё есть, не знаю... Меня Кристина зовут.
— Полина, — Кристина всё же справилась с одеждой, а потом неловко улыбнулась.
— Тоня не рассказывала о том, что у неё есть сестра.
— Ожидаемо, мы не общаемся. Кристин, ты знаешь что-то? — это, конечно, все замечательно, но на пустые разговоры тратить время не хотелось.
— Ну да… Я догадываюсь, где она может быть.
Вздохнув, я перевела взгляд на залитый солнцем двор.
— Где ты живешь? Давай ты мне всё расскажешь, а я тебя подвезу?
— О! Я живу в общаге, у нас комната вместе с Тоней и ещё одной девочкой.
— Отлично. Так даже лучше.
Мы дошли до машины, и Кристина присвистнула, увидев, на чём поедет. Я старалась не реагировать и полностью собраться, потому что неизвестно, что вообще мне предстоит разгребать. Девушка пристегнулась, когда мы сели, и назвала адрес общежития.
— Так почему Тоня пропала?
Кристина вздохнула.
— В начале года мы очень хорошо подружились, а потом, ближе к ноябрю, она познакомилась с одними ребятами на тусовке, на которую пошла по приглашению из паблика и всё пошло не так, — она вздохнула, а я перестроилась в левый ряд. — Она меня вытянула на одну вписку, и мне такой формат не пришёлся по душе, поэтому на остальные она ходила одна. Ребята были старше и они… В общем они употребляют.
— Блять… — пазл постепенно стал складываться.
— Поначалу Тоня говорила что ничего не пробует и только пьёт на этих тусовках, но после Нового года она стала не только пить.
— Ты знаешь, что она принимала?
— Точно знаю, что она курила, и один раз видела белый порошок. Что это конкретно — понятия не имею.
Пиздец. Во что она нахуй ввязалась?
— Ты сказала, что, возможно, знаешь, где она?
— Да. Очень часто упоминала один адрес, и я один раз случайно увидела её переписку с одним из парней из той компании. Он ей такси вызывал и также на тот адрес. Это правда ещё в феврале было…
— Почему ты это куратору не рассказала?
— Я побоялась, что её отчислят…