— Терпи идиотина!
Через пару минут я так же выволокла её в коридор, где, шатаясь, стоял один из парней, который был с ней в той комнате.
— А-а-а… куда Тонечку-у?.. — он попытался перегородить нам путь, но я толкнула его одной рукой.
— Съебался нахуй, иначе я ментов вызову и глаза перцовкой залью! — перцовки у меня с собой не было, но был маленький болончик с сухим шампунем.
Он тут же поднял руки и качнулся в сторону, к стене, а я вытащила сестру на площадку и поволокла к лестнице, удерживая её. Она более-менее оклемалась и начала вырываться активнее.
— По-оля-я!!!
— Молись, чтобы у меня хватило выдержки тебя не прибить…
На улицу я вытаскивала её с трудом. Она начала орать и вырываться уже конкретно. Со стороны лавочки послышались возгласы и охи-ахи, но я целенаправленно тащила её к машине. Пришлось очень постараться, чтобы усадить, накинуть свою кофту и пристегнуть Тоню.
Без понятия, что намешано в её крови, но это пиздец. Ехать было одно мучение, хоть до дома было не так уж и далеко, но перенервничать и разозлиться ещё больше я успела. Сложно было одновременно думать, следить за дорогой и за ней.
Приехать-то одно дело, а вот что делать дальше? Медицинское освидетельствование? Было ли насилие? Хотя, конечно, было. Что она под кайфом могла соображать? Ей теперь нужен рехаб и лечение, хрен знает, от чего. Не удивлюсь, что такими «тусовками» она залетела.
Когда уже подъезжала к дому, заранее начала открывать ворота во двор, чтобы никто не успел заметить. Соседи были любопытные. Втащив Антонину в дом, стала судорожно думать, как быть. Но как только мы переместились из прихожей в гостиную её начало рвать.
— Грейс, место! — собака сразу шмыгнула на свой лежак, подёргивая хвостом — хотела встретить, как обычно, но не сегодня.
С нереальной скоростью открыла дверь в ванную на первом и подтолкнула её к унитазу, даже уже не придерживая волосы. Они всё равно в ужасном виде. Хуже уже точно не будет. Хотя, зная сестрицу — подобное было не пределом.
Морально было тяжело видеть такое её состояние. Но ещё хуже было то, что совсем не представляла, с чего начать и надо ли мне оно вообще?
Она сама ухватилась за унитаз, поэтому отпустила её и облокотилась о стену, прикрывая глаза. Телефон остался в машине, а оставлять Тоню одну… Но всё же открыла широко дверь и быстро метнулась в гараж, чтобы позвонить Юлию. Когда я по возвращению заглянула в ванную, Тоня сидела, обхватив себя руками и заметно дрожала.
Как обычно, Юл поднял трубку очень быстро.
— Привет, котёнок.
— Привет. Ты сильно занят?
— Ну так, а что случилось? Голос у тебя убитый, — шум на фоне затих, видимо, он вышел из людного помещения.
— Случился такой пиздец, что я даже не знаю…
— С тобой всё в порядке? — перебил он взволнованным голосом. После моей небольшой аварии, когда уже после я приехала к нему на работу с бумажками, чтобы он съездил в страховую, Юлий был в шоке. Хотя больше в шоке он был от того, что я обматерила виновника столкновения. Тогда страха и слёз у меня тоже не было. Только ярость на мужлана с ватой в голове.
— Со мной да… Короче, если есть возможность, приедь, пожалуйста, домой. По телефону слишком долго и…
— Ты меня пугаешь. Я скоро буду.
— Спасибо.
Положив трубку, перевела взгляд на Тоню. Её хорошо бы вымыть, но если делать освидетельствование, то это нежелательно. Она сидела в одних трусах и моей кофте и пялилась в одну точку, не замечая. где она.
— Тонь! — она медленно повернула голову в мою сторону, но взгляд сфокусировать была не в состоянии. — Ты вообще понимаешь, что ты сотворила с собой?
— Мне так горячо… Кожа как-будто плавится, — я приблизилась к ней и потрогала лоб — огненный.
Сразу направилась за градусником, хотя высокая температура «налицо». Также захватила плед, чтобы усадить её на него. Помогая Антонине пересесть, заметила, как она что-то вновь и вновь повторяет только совсем непонятно — слов было не разобрать. Через пять минут, градусник показал тридцать восемь и девять. Жаропонижающие давать было опасно, мало ли как они смогут повлиять в сочетании с той смесью, что была в ней. Поэтому вооружившись маленьким полотенцем стала обтирать её тёплой водой — ладони, ступни, лоб — всё чтобы температура хотя бы чуть-чуть стала снижаться. Её, наверняка, нужно прокапывать. Ещё немного и будет ломка.