Хоть он и сильно переживал, но всегда прислушивался, в первую очередь, ко мне. Никогда не психовал и не убеждал меня сделать что-то против моего желания. Но и я тоже шла на уступки, понимая, что он так проявляет свою заботу. Ему важно всё держать под контролем, но насильно заставлять — не про него. Мой любимый муж, просто сильно переживает, поэтому беспокоится больше обычного.
***
Перемещение в пространстве на тридцать восьмой неделе было тем ещё квестом. Я буквально перекатывалась и не ходила. А уж как вставала — это отдельное мероприятие.
Вот и сейчас мне было нужно встать с дивана, но это задача со звёздочкой.
Кое-как перекатившись, осторожно поднялась, медленно разгибаясь. За свои копошения получила увесистый пинок. От сыночка или дочки — не понятно. В конце концов девочка смогла показать, что она девочка. Видимо, ей не пришлось по вкусу мужское имя, которым мы уже успели её наградить.
— Что же вы так пинаетесь, будто сразу из роддома в футбольную команду собираетесь? — я провела ладонью по животу, чувствуя ещё один небольшой толчок.
Всё утро поясницу немного тянуло, но это вообще неудивительно. Мне казалось, что вся моя спина отваливается полностью. Хотелось просто женского — поспать на животе. Да хотя бы просто полежать! Но ещё не время. Или время?..
Боль в пояснице чуть усилилась, а также по чуть-чуть, набегами, начало ломить низ живота. Я тихонько побрела к кабинету Юлия. Открыла дверь и сунула голову внутрь.
— Кажется, начинается.
— Что начинается? — Юл всё же оторвался от монитора.
— Да я даже не знаю как тебе сказать, что начинается, — что-то больно стало совсем не по-детски. — Наверное, второе пришествие.
— Котёнок, не язви, — он тут же подскачил со стула. — Может это тренировка какая?
— Может, — я прикрыла глаза, понимая, что никакая это не тренировка. — Ой-ой-ой.
— Ой-ой-ой?
— Ага…
— Ну, поехали!
И мы спешно поехали в больницу, названивая родителям. Нужно, чтобы они приехали присмотреть за Грейс.
Пока Юл рулил, я сидела на заднем, вспоминая всё, что мне рассказывала Алина. У них с Костей в конце мая родился замечательный мальчик, которого они назвали Глеб. Подружка рожала долго — почти девять часов, но в итоге всё прошло хорошо. Она мне потом подробно описывала, что мне предстоит.
— А, может, можно как-то без меня? — уже сейчас чуть-чуть хотелось сдохнуть.
— Без тебя не получится, котёнок. Ты тут самая главная. Если бы было можно, я бы сделал это за тебя.
— Как жизнь не справедлива…
Безусловно роды были партнёрские. Юлий бы даже под дулом пистолета не оставил меня одну. Я справлялась. Конечно, реальность и рядом не стоит с рассказами. Было немного страшно, что раньше срока, но всё шло хорошо. Только больно.
Сын, как истинный джентльмен, пропустил даму вперёд. Дочка родилась первой. Её приложили ко мне, и я вздохнула, осознавая, что этот крохотный комок — моя маленькая девочка. В эту секунду, вновь влюбилась. Сынок тоже не заставил себя долго ждать. И он также стал ещё одной моей любовью.
***
Два месяца спустя
Есения уже успела заснуть, но в кроватку я её не положила — мирно сопит на большой кровати в окружении подушек. А вот Ефим пока не желал — копошился на моих руках, пока я его укачивала.
В спальне приятный сумрак — лишь мягко горит ночник в углу комнаты; пахнет чем-то ванильно-молочным. Грейс лежит около двери и бдит — наблюдает за укладыванием и дотошно следит, не делаю ли я чего-то противозаконного. Самый главный защитник.
В комнату тихонько зашёл Юлий, проверяя, как у нас дела. Мы сразу взяли за правило лишь немного тише говорить, не создавая вообще бесшумного пространства, что бы не было таких ситуаций, что дети просыпались от любого шороха.
— Не спит? — Юл сел на край кровати, поправляя Сенькино одеяло.
— Похоже, не собирается.
— Бутылочки я все заложил и стирку поставил, — проговорил муж, переводя взгляд на дочку. — Можно, я её поцелую?
— Я тебя поколочу.
— Ну ты посмотри, какая она красивая… — Юлий всё же склонился над Есенией. — Какой у неё крохотный носик; масенькие губки бантиком. А щёчки какие!