— Всё, я отключаюсь, — голос Юлия был вымученным. — Готовься быть зацелованной вусмерть.
— Только зацелованной? — Я закусила губу. Ох, зря-зря-зря.
— До свидания, Полина!
Мужчина отключился, а я засмеялась в подушку. Телефон вновь отозвался вибрацией.
«Юлий»
Насчет вопроса про атаку:
Конечно, я как порядочный мужчина, должен был просмотреть всё)
А насчет другого твоего вопроса: Я подумаю, что можно с тобой сделать)
Ну всё, Поля. Тебя сегодня трахнут. Наверное. Процентов девяносто точно на это.
Самое главное: а я хочу? Конечно, хочу. Кто его не захочет? А вот меня...
Отложив телефон, я закрыла глаза и ощупала себя руками. На ощупь всё не так плохо, особенно лёжа на спине. Наверное, если без света, то я переживу наш первый секс и буду думать об удовольствии, а не о том, где и что у меня на теле.
Я почему-то была уверена, что удовольствие получу.
То, как целуется и ведет себя Юлий, навело меня на мысль, что в постели он не совсем законченный эгоист. Хотя бы первые несколько раз точно, а там, если что, подстроюсь. Я с семнадцати лет получала оргазм своими силами, так что не привыкать.
Новиков в этом плане был ужасен. Ему было плевать, и то, что я не взрывалась от экстаза лишь от его проникновения, опять была моя вина. Он смотрел слишком много порно и верил ему. А уж про первый раз вообще молчу. Вошел без прелюдий, на сухую.. Боль была адская, кровищи много, а он ещё и сказал, что так и должно быть. Я тогда разговаривать с Алиной постеснялась на эту тему. Просто забыла, как страшный сон, уверовав в то, что следующие разы будут лучше. Но только месяца через два стало нормально и немного приятно. Наверное, уже тогда нужно было бежать, но влюблённой дуре это было невдомёк. Поэтому главной задачей в тех отношениях у меня было доставлять удовольствие и не отсвечивать.
Я тихонько вздохнула, вспомнив про бывшего. С тех сообщений он больше не объявлялся, но мне кажется, что это затишье перед бурей.
С грустными мыслями всё же заснула.
Разбудили меня настойчивые звонки в дверь. Я рывком подскочила, сразу встречаясь с головной болью, и пошлёпала голыми ногами в коридор. Опять, как была лишь в огромном худаке, так и заснула.
Жесть, как хотелось пить, а сонное состояние всё никак не покидало разум. Это могла быть только Алина, потому что я закрылась на второй замок, от которого не было ключа, в противном случае, она бы уже вошла в квартиру.
Я раскрыла дверь, прикрывая рот при зевке, и посмотрела на гостя. Это была не Алина.
— Ой, — я прижала ладони к щекам, к которым сразу прилила кровь. Юлий смотрел на меня с мягкой улыбкой. Пиздец! Растрепанная, ещё сонная и с минимумом одежды. — А сколько сейчас времени? — Пискнула, совсем смутившись ситуации.
— Два часа дня, — я спрятала лицо в ладонях.
— Я уснула, а телефон на беззвучном, — выглянув из-за пальцев, я проследила за тем, как он вошел в квартиру и прикрыл дверь.
— Я потом уже так и понял, котенок, — Юлий быстренько скинул обувь и приблизился ко мне. В груди всё ухнуло. Узкий коридор, позади меня стена и полумрак.
Я облизнула губы, чувствуя, как меня вжимают в стену. И всё. Приплыли.
Его губы скользнули по щеке, нежно касаясь губ, а руки сжали талию. Я пробралась под джемпер ладонями, чувствуя пресс. Господи, боже мой! Это лучшее, что я ощущала на свете! Юлий простонал мне в рот, стискивая в объятиях. Он пока ещё держал себя в узде — его ладони целомудренно лежали поверх толстовки, но уже скользили вниз. Язык мучительно медленно прошелся по моему небу, а руки легли на бёдра, поддевая края худи, и поползли вверх.
— Останови меня, — горячее дыхание обжигало губы, а у меня буквально заходилось сердце.
— Не могу... — Я обняла его за шею, притягивая к себе ещё ближе.
Уже чувствовала его возбуждение, и мысли от этого рассыпались. Хотелось почувствовать его ещё ближе.
Но позади нас открылась дверь, и я услышала голос Алины:
— А, ой! — Мы с Юлием сразу отпрянули друг от друга, будто спалившиеся школьники, и оба воззрели на Свиридову. — А вы ничего не видели. Нас здесь нет. Продолжайте.
И дверь захлопнулась.
Одновременно и я, и Юлий посмотрели друг на друга, сдерживая смех.