— Ебать ты душнила. Подумаешь, сначала так сказала, а потом сделала по-другому. Мы девушки вообще народ ветреный. Сегодня так, а завтра вот так. Вот спорим, что он будет наоборот рад?
— С тобой спорить себе дороже! Ладно, подпишусь под пиздоболку.
Надела обратно колготки и своё шерстяное платье, собрала комплекты и вышла из примерочной. На кассе была очередь, но Алина уже нам заняла.
Эта очередь двигалась быстрее, чем около банкоматов. Первой пошла Свиридова, а я пока достала телефон, сразу набирая сообщение Юлию, чтобы потом отправить. Пока пробивали мои покупки, я ещё порывалась достать свою карточку, но сумма, сказанная кассиром, не оставила мне выбора.
— С вас одиннадцать тысяч девятьсот рублей. Наличными или по карте?
— По карте.
Терминал пикнул, требуя пин-код. И в момент оповещения об успешной оплате, я отправила сообщение.
Можешь записывать меня в списоксамых грязных лжецов на свете
Мы с Алиной вышли из отдела и пошли дальше. Телефон тренькнул уведомлением.
«Мой Юлюша»
Думается, мне очень понравится то, что ты купила)
Я показала смс-ку подруге.
— Блять, надо было уломать тебя на спор. Дай-ка, — она взяла мой смартфон, зажимая иконку голосового. — «Все благодарности только мне! А уж когда увидишь воочию. М-м-м...»
Я отобрала у неё телефон, пока она не наговорила чего ещё. Цирк, да и только.
— Пошли! А то уже вечер, а у нас конь не валялся.
С покупками было закончено, и мы сидели с молочными коктейлями на фуд-корте. Все подарки закуплены. Алине, когда мы ненадолго разделялись, я набрала её любимых тканевых масок, милую пижаму и несколько ароматических свечек. Юлию нашла симпатичный джемпер в его стиле, а Косте сертификат в книжный — он просто обожал именно бумажные книги, там сам уже выберет, что нужно, когда приедет. Больше было и не кому. С родителями мы подарками не обменивались, они дарили только Тоне.
— Родители к себе на праздники зовут, если хочешь, можешь со мной, или вы уже с Юликом договорились? — Пока сидели, Алина завела разговор про Новый год. Прошлый год мы праздновали в Костиной компании, а до этого я была привязана к одному человеку. Этот, пока не знаю, как пройдет.
— Мы ещё не обсуждали. Ты когда собираешься? Чтобы на всякий случай знать.
— Тридцатого. Но я хочу заранее билет купить, чтобы не просрать.
— Я тебе позже скажу, ок? — Тут мой телефон ожил. — Пошли, он подъехал.
— Ок, ок.
Мы взяли свои вещи из гардероба, оделись и вышли на улицу. Я сразу заметила машину Юлия.
— Здарова, Юлик! — Свиридова влезла на заднее сиденье. — Как удобна! А жопу можно подогреть?
— Привет, Пиранья. Можно, — он усмехнулся и нажал пару кнопок, а потом потянулся ко мне. — А днём другая была, — Юлий мазнул поцелуем в уголок губ, наверное, боясь смазать.
— Скажи, красивая, да? — Вновь подала голос Алина. Он утвердительно кивнул и вывернул от бардюра. — Ой, а в белье вообще песня.
Я уже не реагировала. Тут уже свой мир, который не учитывает мой голос.
— Ну, я думаю, мне ещё покажут, — ладонь погладила мою коленку и двинулась чуть выше, укладываясь на бедре.
— Надейся и жди, — пропела подружка. — Вы меня на остановке какой-нибудь выкиньте, я доеду. Вам же чуть пораньше сворачивать.
— Не глупи, Алин. Мне несложно. Нечего по вечерам в транспорте ездить, — на эти слова, Свиридова довольно засопела сзади.
Обратно поток машин уже уменьшился, и доехали мы до центра довольно быстро. Пока ехали, Алинка сама выспросила у Юлия насчёт планов на праздники и предстоящим перед ними событием. Оказывается, с друзьями он обычно собирался после Нового года, а с родителями день рождение отмечал тридцать первого, потому что работа, ну и так было удобнее всем. Потом ещё поспрашивала, как там дела с её чаем и, получив ответ, что он собрал кучу хвалебных отзывов, затихла, тыкаясь в телефоне.
Когда подъехали к нашему с Алиной дому, я поднялась с ней, чтобы сразу закинуть покупки и взять кое-что ещё, что было нужно. Потихоньку дом у Юлия начал обрастать моими вещами, а он был, вроде, и не против такого расклада.
К нему уже приехали в десятом часу, потому что ещё заезжали ужинать. Почти сразу сполоснулись и уложились спать. Правда, на меня надулись, что ничего не показываю, но я уверила, что всё потом обязательно покажу. А пока придётся потерпеть.