Такая позиция в известной мере оправдана с точки зрения социолингвистики, поскольку в рамках данной области лингвистического знания языковед должен обращать внимание на частности, на сиюминутное существование языка. Ведь история отражается в языке не в наименованиях великих событий или протокольных описаниях деятельности правителей, а в многочисленных нюансах ежедневного быта, зафиксированного в значениях языковых единиц. Эти значения актуальны для языкового коллектива в целом, они дают возможность людям понимать друг друга. Изменяющиеся нюансы значений могут бросаться в глаза, например, в современном русском языке конца ХХ в. получил широкое распространение обширный пласт лексики уголовного мира: например, мочить, наезжать, опускать. Интересный пример расширенной интерпретации слова "мочить" мы находим в статье А.Слаповского "Пришедшие типы пришедшей эпохи. Мочильщик" (Известия, 29.08.2000):
Мочиловка есть физическое или психологическое или иное устранение физического или юридического лица (или группы лиц) или вывод из строя на время или навсегда с применением или без применения технических средств. Если вы услышите, как голубоглазое дитя в детском саду сговаривается с товарищами "мочить воспиталку", это значит, что он имеет в виду именно широкий смысл слова: привести воспитательницу в непригодное для воспитательного процесса состояние. То есть: напугать, неожиданно выключив свет и набросив воспитательнице на голову пальто, или подлить в ее скромный обеденный суп что-нибудь из противных флаконов, что в медицинском шкафчике стоят, или попросить старшего брата позвонить басом, позвать воспитательницу и сказать, что у неё дом горит, или кошка с балкона упала, или что её мамаша умерла.
Этот пример интересен прежде всего потому, что раскрывает внедрение поведенческой стратегии определенной социальной группы в сознание широких масс носителей языка посредством определенного знака, который получает особую символическую ценность, характеризуя и действие, и участников общения, и исторический срез эпохи. Важно отметить и специфический черный юмор, который получил широкое распространение именно в наше время и тем самым стал знаковым для современной русской культуры.