Теперь пришла очередь съёжится начальнику СБ.
- Что касается тебя, то от лица нашей организации я приношу тебе извинения, ну и, само собой, эти извинения будут иметь материальное выражение. Твой статус и допуск полностью восстановлены.
Всё, иди работать.
Павел не стал изображать из себя оскорблённую невинность. Он молча кивнул, принимая сказанное к сведению, вежливо ответил на робкое приветствие своей секретарши Леночки, и даже не отстранился, когда она, поставив ему на стол традиционную чашку с кофе, слегка коснулась грудью его плеча.
Он разобрал почту, ответил на самые неотложные письма, а когда наступило время обеденного перерыва, вместе с остальными сотрудниками вышел из здания, предварительно отправив по корпоративной почте заявление на увольнение по собственному желанию, заверенное его личной и верифицированной цифровой подписью.
Затем Павел записал и отправил голосовое сообщение Вике, что он весьма сожалеет о невозможности в будущем встречи с её родителями, что он улетает, куда и на сколько не важно, и что провожать и встречать его не надо. Он сам этого не хочет. Затем Павел не спеша дошёл до ближайшего салона связи, где заменил SIM-карту на новую, а старую заблокировал и выкинул, разломив.
Никогда в жизни ещё Павел не чувствовал себя таким свободным и счастливым. Все его прежние достижения казались ему сейчас такими мелкими, такими убогими, а его радость по их поводу такой нелепой и смехотворной. В его душе, в его разуме зрело и формировалось совершенно новое представление, и даже нет, не представление, а ощущение мира и жизни. Павел наслаждался этим новым ощущением, дышал им, впитывал его всем своим существом. Ему внезапно пришло в голову, что подобное чувство мог бы испытывать житель двухмерного мира, если бы ему вдруг удалось осознать его двухмерность и глянуть на него со стороны. С недоступной ему прежде третьей стороны.
Павел рассмеялся от этой мысли, но в следующий миг его веселье потухло; на середине довольно высокого моста над рекой протекавшей через город, стояла девушка в светлом платье, неотрывно смотревшая вниз на мчащийся под мостом мутный желтоватый поток.
И что-то очень не понравилось Павлу в её позе и выражении лица. Не доходя пары метров до девушки, Павел остановился, и облокотившись спиной на ограждение сказал:
- Анекдот есть такой. Собирается прыгнуть с моста самоубийца. А по мосту бежит женщина и кричит: «Погодите! Погодите минуточку, молодой человек!». Добежала до него: «Уф, еле успела!» Мужчина недовольно так спрашивает её: «Не мешайте мне и не отговаривайте! Я всё равно прыгну». А женщина ему: «Ни в коем разе. Вы ведь сейчас будете топиться? - и сумку ему протягивает, - котят с собой не захватите?»
- Какие котята?! – девушка беспомощно оглянулась, - Вы с ума сошли? Я.. я ... Вы дурак?
- Да я очень хотел бы ошибиться и оказаться дураком, - ответил Павел, не глядя на девушку. – Я просто мечтаю получить от Вас презрительный взгляд и увидеть Вашу удаляющуюся спину и гордую походку. Но ведь не увижу? Нет?
Девушка промолчала, и Павел тяжело вздохнув начал снимать ботинки.
- А это, - растерянно спросила девушка, – Зачем это Вы? Вы что собираетесь делать?
- Так мне же придётся прыгать за Вами. А там видите, какие водовороты? Тут и без обуви-то вряд ли выплывешь. Как Вы думаете, может стоит ещё и брюки снять? - Павел задумчиво потянул ремень
- Вы и впрямь дурной какой-то! Какое Вам дело до меня? Мы даже не знакомы!
- Так сейчас самое время познакомиться. Как мне кричать-то Вам? «Фроська, держись?»
- Какая ещё «Фроська», - фыркнула девушка, - меня Ольга зовут!
- Ну слава Богу, что хоть не «Анжелика», - махнул небрежным крестом Павел, и девушка фыркнула ещё раз.
- Вы, прямо скажем, не самое удачное время для знакомства выбрали, - сказала она, чуть погодя.
- Время – это мираж, - ответил Павел, - мне тут недавно всю ночь доказывали, что его и вовсе не существует. А удачным или нет мы называем его сами. Потому, что его так много на дыбе, и так мало на эшафоте.
- Сам придумал? - подняла тонкие брови девушка.
- Ага, только что. Вместо того, что хотел сказать сначала.
- А что хотел?
- Хотел сказать, когда человек прыгает с девятого этажа, то в полёте его настигает понимание, что абсолютно всё в жизни можно исправить, кроме одного – ты уже прыгнул с девятого этажа.
Девушка помолчала, а затем повернулась к Павлу, и убрав рыжеватую прядь с глаз, сказала:
- Между прочим, невежливо; я себя назвала, а ты нет.
- Я не знал, понадобится ли тебе моё имя, - Павел сделал пару шагов и протянул руку, - Павел.