С Андреем Мироновым мы потом не раз пересекались. Он был феноменальный артист и потрясающий труженик. Он сделал сам себя. И сделал блистательно. До сих пор замены ему нет.
С Юлием Яковлевичем Райзманом судьба меня сводила в Доме творчества «Болшево». У Райзмана был постоянный номер, куда он периодически приезжал. Он отличался от других постояльцев тем, что оберегал тишину и покой Дома творчества. Врагами его были дети творцов, которые приезжали туда в свои каникулы, про творчество знали понаслышке и устраивали во дворе шумные игры.
Когда в разгар игр проносилось: «Райзман приехал! Райзман приехал!», дети стремительно, как тараканы, разбегались по своим номерам. У детей даже не возникало вопроса: «А если это любовь?»…
Мой выбор
Я окончил Школу-студию имени Немировича-Данченко при МХАТ СССР имени Горького. По образованию я актер. Мечтал об этом, и мечта моя сбылась. Стал артистом одного из московских театров. Название театра и фамилия главного режиссера не достойны упоминания. Я должен был по советским законам отработать в театре пять лет. Отработал и ушел. Иллюзии рассеялись. И спасибо этому театру и этому главному режиссеру за то, что мои иллюзии рассеялись, иначе бы я сейчас не писал эти строки.
Друзья-приятели убеждали меня, что я должен поискать себя в чем-то другом. Но в чем? На этот вопрос у них ответа не было. Определиться с выбором помог случай.
Однажды меня пригласили на озвучивание мультфильма. Впервые подойдя к микрофону, я должен был спеть лихую песню персонажа по имени Алкоголь. С алкоголем я уже был знаком, но не настолько. Тем не менее, запись удалась.
Круг мультипликации довольно узок, и вскоре меня стали приглашать на озвучивание самых разных мультфильмов. Кого я только не озвучивал! С кем только не встречался в темноте тонателье «Союзмультфильма»! Рядом со мной хулиганили, а иначе не назовешь, такие корифеи! Народные артисты превращались в детей и, как говорят сейчас, отрывались по полной!
Что же их привлекло в этом замечательном виде искусства? Свобода. Возможность рискнуть и почувствовать себя любым придуманным персонажем! Воспарить над бытом и рутиной, стать Карлсоном, Малышом или Винни-Пухом! Удивить себя, а впоследствии и зрителя.
Я настолько проникся мультипликацией, что написал сценарий «Радуга», по которому Владимир Попов снял фильм. В сценарии «Радуги» уже можно проследить будущую направленность моих фильмов. Идея проста: два мальчика живут по разные стороны радуги, ставшей как мост между берегами. И вот они сходятся на середине и начинают ловить рыбу. Дружба между берегами и разными народами. Это было первое мое социальное высказывание. Через много лет я вернусь к нему. Но пока та идея была упакована в фильм для детей.
Я для себя открыл специфику мультфильма. Дело в том, что покадровая съемка и длительный процесс создания исключает принцип «утром в газете, вечером в куплете». Нужно в сценарии постараться выразить ту мысль, ту идею, которая будет востребована через год после окончания работы над фильмом.
Оглядываясь назад, просматривая список снятых мною фильмов, нескромно понимаю, что с этой задачей справился. Когда вижу в интернете, как молодежь постит мои фильмы, снятые тридцать, сорок лет назад, это становится подтверждением высказанной мною мысли.
Следующий мой сценарий назывался «Достать до неба». Тоже нескромная заявка на глобальность. Сюжет прост: дети поднимают на небо упавшую звезду. Наивно? Да. Настолько, что никто из режиссеров не решился снять мультфильм по моему сценарию. А сценарий лежал на балансе киностудии. Что делать? И директор киностудии Михаил Михайлович Вальков решил эту экономическую проблему. Он вызвал меня к себе. А я в то время был приглашен Сергеем Владимировичем Образцовым в Центральный театр кукол, где мне было предложено ставить с ним самим спектакль «Дон Жуан — 75». Это была пародия на мюзикл, которую мы написали с Василием Ливановым.
Образцов как-то разглядел во мне режиссерские возможности, которые во мне еще спали и не собирались просыпаться.
Работа с ним была в самом разгаре, когда я пришел по вызову к директору «Союзмультфильма» Михаилу Михайловичу Валькову.
— Мне доложили, что вы — режиссер.
— Да какой я режиссер? — отвечаю.
— Нет. Вы — режиссер в театре Образцова. Правильно?
— Правильно. Только я едва начал работать…
Вальков был напорист:
— Что у вас записано в трудовой книжке?
— Записано «режиссер-постановщик».