Фильм снят, а эскизы висят на стенке в студии, напоминая о светлом человеке и блистательном художнике Аркадии Перчевиче Мелик-Саркисяне.
Внезапно возникшая тема
Еще не отошел от снятого фильма «Аве, Мария!», когда произошел страшный теракт в Израиле. Меня это коснулось напрямую, потому что я — еврей.
Я должен был отреагировать не словами, а фильмом. О многострадальной истории еврейского народа, рассеянного по всему миру и одинаково ненавидимого.
Я не раз бывал в Израиле. Горжусь этой маленькой страной, которая живет вопреки всему. Пустыне, безводью, арабам!
Страна, которая доказала миру, что евреи — не жертвы на заклание, а мужественный народ, который может себя защитить. И защищает.
Так как я атеист, то еврей с автоматом в Израиле мне ближе, чем еврей с Талмудом.
У бога можно просить помощи, но лучше это делать своими руками. Бог не предотвратил Холокост, что является одной из причин, почему я в него не верю.
Извините за сумбур, который я здесь изложил, но я должен был этот сумбур отразить достойно в будущем фильме. Коротко и ясно.
Я вспомнил о гениальной музыке Джузеппе Верди. Хор пленных иудеев из оперы «Набукко». Первые такты этой музыки наложились на мои воспоминания о молящихся евреях у Стены Плача. Евреи при молитве качаются взад-вперед. Первые такты идеально совпали с ритмом качания молящихся.
Возможно, Джузеппе Верди это знал и написал сознательно, но для меня это стало толчком для сценария. Начать с молитвы у Стены Плача.
Я пригласил художником-постановщиком молодую выпускницу Школы кино Нину Глотову. Благодаря ей картинка в фильме качественная, а Стена Плача узнаваема.
Мы видим молящихся со спины, потом они отходят назад, разворачиваются к нам лицом.
У всех на груди приколоты желтые шестиконечные звезды как память о пережитом.
Один из них срывает с себя звезду и отбрасывает ее в сторону.
Его примеру последовали остальные. Избавились от клейма, но тут на площадь въезжает современный танк. Разворачивает башню со стволом, направленным на мирных людей. И тут мирные люди, все как один, упираются в этот танк и сваливают его на пол павильона, где снимался фильм.
Герои торжествуют. Враг сломлен!
Один из них останавливает веселье и обращает внимание собравшихся на чудо. А чудо заключается в том, что сброшенные ими желтые звезды, лежащие горкой на макете, подхватываются чьей-то рукой… (Да моей рукой, моей!)
Эта рука, предположительно бога, подбрасывает звезды вверх. И в финале звезды занимают положенное место — на небе.
Прокатное удостоверение на фильм я еще не получил, поэтому так подробно изложил содержание.
Я благодарен Конгрессу еврейских общин, который выделил деньги на создание фильма.
7 октября 2024 года, не дожидаясь прокатного удостоверения, Израильское посольство в Москве организовало показ моего фильма «Плач на все времена» ровно в годовщину страшного теракта.
Я выполнил свой долг. И горжусь этим. Я благодарен Льву Конторовичу, под руководством которого хор исполнил, а я записал эту потрясающую музыку.
Что было нового для меня в съемке фильма «Плач на все времена»? Для меня кончился пленочный период. Закрылись лаборатории в Москве по обработке пленки. Я вынужденно перешел на цифру. И не пожалел. Это оказалось быстрей и удобней. Так же покадрово, но без лаборатории. Прогресс поневоле.
Сын мне давно советовал. А я, старый дурак, не слушался. Если ты консерватор, а я консерватор, то слушайся детей. Они ближе к прогрессу.
Точка или многоточие?
Студия сейчас существует, но на холостом ходу. Нет съемок. Павильоны пусты без новых декораций.
У меня нет идеи, которой можно было бы увлечься самому и увлечь коллег. Что делать?
Жена предложила мне писать мемуары. И я стал писать, не потому, что я — подкаблучник, а потому, что предложение было разумным. Поделиться своим опытом — а вдруг это кому-нибудь пригодится?
О том, как возникали идеи, а потом снимались фильмы в течение пятидесяти лет.
И вот я в ожидании идеи, как бы между делом, писал три месяца то, что вы сейчас читаете. Писал ручкой. Это я не руку свою так любовно называю, а действительно ручкой. Благо, что на студии есть моя добрая сотрудница Анна Александрова, в чем вы можете убедиться, прочитав ее фамилию в титрах моих фильмов. Анюта поддержала мою затею, более того, разбирая мои каракули, напечатала все, мной написанное.