При чем тут ГАИ, если я придумал фильм о любви?! Да, на примере двух автомобилей, но о любви!
Переделывать я отказался. И был вынужден согласиться снимать фильм по сценарию Альберта Иванова «Приключения Хомы».
Жить-то надо, у меня семья.
Над будущим фильмом начал работу с неохотой. Единственным утешением стало то, что со мной согласился работать Леонид Аронович Шварцман — легенда «Союзмультфильма».
С Леней было непросто. Во мне он не видел режиссера и поучал на каждом шагу. В жизни он не был Чебурашкой — мягким и пушистым. Но при этом фильм сложился, персонажи Шварцмана получились обаятельными, а действие я постарался выстроить. Когда фильм вышел, киностудия хотела продолжить эту историю, превратив ее в сериал. Сделали, уже без меня, два фильма — и все заглохло.
Чуть не забыл! На этом фильме мне довелось поработать с замечательным композитором Михаилом Мееровичем. О нем я сохранил самые лучшие воспоминания. Вместе работалось легко. Он откликался на любые мои пожелания и писал музыку очень ответственно и профессионально. Ему было абсолютно неважно, новичок я в профессии или ветеран. Да к тому же он обладал великолепным чувством юмора. Что в мультипликации не лишнее.
Из какого сора
Как складывалась жизнь режиссера на киностудии? Пока он снимает кино, получает ежемесячно зарплату. Моя зарплата была самая низкая — 120 рублей.
По окончании съемок режиссера переводили в простой и три месяца платили 66% от зарплаты, а по истечении трех месяцев не платили уже ничего. Поэтому запуститься с новым фильмом режиссера двигал не только или не столько зуд творчества, как желание кушать.
Иногда в паузах между фильмами пробавлялись короткими сюжетами для киножурнала «Фитиль». Кому как повезет. Я снял три сюжета для «Фитиля». Кислород моим сценариям был по-прежнему перекрыт.
И вот меня вызывает директор киностудии и первым делом заявляет:
— Гарри Яковлевич! По своим сценариям и дурак снимет фильм.
Начало не обнадеживающее. Я в роли дурака только пожал плечами. Что тут скажешь?
— А вот вы попробуйте по чужому! — продолжил директор, забыв, что на студии впервые я появился именно как сценарист, имевший за плечами опыт написания и пьесы «Дон Жуан — 75», и пяти сценариев популярной телепередачи «АБВГДейка», и публикаций в журнале «Юность», и в «Литературной газете»…
Директор протянул мне сценарий и предложил прочитать и подумать. Слово «подумать» он утяжелил интонацией. Давая понять, что думать не надо.
Я взял сценарий. Назывался он «Летучий корабль». Написал его Алексей Симуков по мотивам русской народной сказки. Я прочитал. Полная чушь. Сценарий никакой. Я вернулся в кабинет директора и высказал ему свое негативное мнение по поводу сценария. Он сурово сдвинул брови и с угрозой сказал:
— Прочитай еще.
И добавил:
— Вам же со мною работать!
В моей голове возникло лицо сына, который тянет ко мне свои худые ручки и тоненько выговаривает:
— Папа! Кушать…
Я взял со стола директора сценарий и пошел читать по второму разу. Надеялся, что вдруг мне что-то понравится, что найду какую-то зацепку для себя…
Можно ли планировать успех?
Нет. Невозможно. Когда я мучился, перечитывая в который раз этот слабый сценарий, вдруг меня торкнула неожиданная мысль: «А что, если, оттолкнувшись от текста, сделать мюзикл?» Тогда мне придется перелопатить весь сценарий, возможно, придумать новых персонажей, выстроить сюжет драматургически еще на ненаписанную музыку. Подчинить музыку темпоритму задуманного сюжета. А сам сценарий использовать лишь как руду, как полуфабрикат.
Поневоле вспомнилось, как я внушал своим студентам: «Стартовать надо с фундамента реальности. Узнаваемого и понятного зрителю. А потом от реальности взлетать к парадоксам, увлекая за собой своего зрителя». Взлетишь или не взлетишь? Как получится. Планировать это невозможно, но рисковать необходимо. Кто не рискует, тот не пьет шампанское.
Я много раз рисковал, но не потому, что люблю шампанское. Нет, шампанское я не люблю. Предпочитал водку.
Возвращаюсь к «Летучему кораблю». Решив, что буду делать мюзикл, отправился к директору киностудии.
— Ну, что решили? — без всякого интереса спросил директор.
— Я буду делать мюзикл!
— Да ради бога!
— Многие вещи мне придется переделать.
— Да делайте что хотите, но учтите, что за сценарий все уплачено. И мы вам ничего не заплатим. Только поставьте в известность автора.