По стране катилась приватизация, и внезапно выяснилось, что как общая собственность МЖК не существует. Квартиры принадлежат жильцам, территория — городу, а разные там объекты соцкультбыта — дольщикам МЖК: НПО «Вектор» и НПО автоматики, домостроительному комбинату и политеху. А дольщики охотно скидывали с баланса нерентабельную социалку, и недвижимость перепадала как раз тем, кто был причастен к принятию решений. То есть начальству.
МЖКовцы, обомлев, смотрели на быстроглазых бизнесменов с пейджерами и «быков» в малиновых пиджаках — внезапных единоличных владельцев того, что совсем недавно создавалось общим трудом для общей пользы. Всех поразил Сергей Хорошилов, бывший председатель оргкомитета МЖК: он получил под свой контроль КОСК «Россия» — огромный культурно-оздоровительный спортивный комплекс МЖК. Неужели вклад Хорошилова в МЖК настолько превосходил вклады других МЖКовцев?.. Конечно, нет: это был тот самый «бизнес, ничего личного».
Феномен МЖК угас без социалки и общей гражданской позиции жителей. Отныне МЖК стал просто спальным микрорайоном с хорошей инфраструктурой.
Свердловчане в Нью-Йорке
В 1993 году по адресу улица Малышева, дом 73, открылся офис компании с названием «Малышева-73». Фирма вела бизнес, который тогда, в голодные годы, раздражал многих горожан: в центре города фирма скупала квартиры на первых этажах жилых зданий, перестраивала их и продавала коммерсантам под магазины. Изумляло ещё и то, что учредителями «Малышева-73» были, в общем, мальчишки — два студента СИНХа, которым ещё и 25 не исполнилось: Игорь Завадовский и Константин Погребинский. То ли мажоры, то ли везунчики, то ли ваще жулики.
Всё было не так. Завадовский и Погребинский были из самых обычных семей, учились в школе № 13 и дружили с первого класса, после школы двинули в СИНХ, даже в армии им повезло служить вместе. По общему мнению, СИНХ выпускал директоров магазинов, но в конце 1980-х всё пошло вразнос: плановая экономика стала абсурдом, потому что социализм накрылся медным тазом, плюс инфляция, новые формы собственности, недостаток законов, исчезновение госзаказа, обвал производства, кризис, конкуренция открытого рынка, банкротства, бандиты и ещё триста тридцать три несчастья. Завадовский и Погребинский, крепкие парни из СИНХа, не были терпилами и ботанами. Они решили брать судьбу в свои руки.
Константин Погребинский и Игорь Завадовский
В декабре 1990 года в аэропорту Джона Кеннеди в Нью-Йорке озирались по сторонам шестеро парней из Свердловска — Погребинский и Завадовский сманили за собой ещё четырёх товарищей. Свердловчане прилетели зарабатывать деньги. У них за плечами были большие станковые рюкзаки «Ермак», забитые пакетами с гречневой кашей; на продажу америкосам был приготовлен советский дефицит — 20 банок икры и 20 бутылок водки. Ещё покорители Америки имели 150 долларов на шестерых, фальшивый вызов из какого-то левого «лагеря мира и дружбы», туристскую палатку и примус. План был гениальным: уехать во Флориду, где тепло и можно ночевать в палатке, жить год по гостевой визе, заработать бабок и в декабре 1991-го вернуться в СССР по обратному билету с открытой датой.
Но из Нью-Йорка они так и не вырвались. Купленный по дешёвке «Крайслер» развалился через десять миль. Деньги быстро закончились. А русских тогда во всём свободном мире ещё любили. Копы, посмеиваясь, отпускали виновных без наказания — «не будем вам мешать, парни». Добрый человек приютил этих бродяг в гараже. И они обосновались в чёрном Бронксе — это как кавказцы на Уралмаше.
На улицах Бронкса поверх фантастических сэмплов частил хип-хоп, прыгали и вертелись мускулистые негры в больших штанах и обтягивающих майках. Здесь всё было чужим. Четверо товарищей не выдержали и уехали домой. Погребинский и Завадовский остались вдвоём. Они работали на заправке. Их считали агентами ФБР, потому что белый человек по доброй воле не будет работать на заправке в Бронксе. Их предшественников, двух поляков, застрелили. И на них самих ночью нападали грабители, саданули Погребинского заточкой — точно как на Уралмаше.