ЯРИЛ. И зла, зла… Я не буду с тобой жить! Ты не настоящая!
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Ну и где же тогда твоя настоящая?
ЯРИЛ. Она с папой живет!
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. А папа?
ЯРИЛ. За металлическим занавесом!
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Ну и иди к нему. Я его кормлю, одеваю, обуваю, и вот те на! А твой папа вообще жлоб! Здоровый, а живет на пособие для инвалидов в деревянном доме, паразит! И алиментов не плотит! Засужу! Как я могла с таким жить?
ЯРИЛ. Смотри! Смотри! Стена текет!
Подходит к стене, по которой с потолка действительно ползет вниз темное пятно, и по полу разливается лужа ржавой воды.
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Не текет, а течет! Кошмар! На самом деле текет!
ЯРИЛ. Не текет!
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Как? А это что? А это? Это от Пестряковых!
ЯРИЛ. Я их видел… Они передавали тебе привет!
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Козлы какие! (Мечется по комнате) Значит так, Ярил, быстро наверх, постучи, они уснули там, что ли…
Бросается в ванную за тряпками, а Ярил стучит ложечкой для обуви по трубе. Вбегает мать.
Ты что? Тряпки! Бери тряпки! Вытирай! Я сейчас!
Хлопает дверью.
ЯРИЛ. Вытирай! Сама вытирай! Такое имя дала! Бог солнца! Тьфу!
Входит крупная женщина лет 35 с завитыми волосами голубого цвета, в очках в роговой оправе, с массивным крестом на шее, в старомодной белой блузке с кружевами, с коричневой сумочкой в руке, в выцветшей зеленой юбке и в белых кроссовках на босу ногу. Говорит дребезжащим голоском, устремленным к заоблачным высотам сопрано, но часто обрывающимся и падающим на землю.
АНТОНИНА. Вызывали?
ЯРИЛ. Да, то есть нет, не знаю… Может, мама?
АНТОНИНА. Значит, вызывали! Вся наша клиентура такая забывчивая, такая занятая. Ну просто юмор в коротких штанишках!
(Берет мальчика пальцами за подбородок и пристально смотрит в глаза.)
А ты ничаво! Я надеюсь, ты послушный мальчонка… А где мама?
Снимает кроссовки и с наглым видом проходит в комнату.
Ой, да у вас потоп тут вселенский! Нужно строить ковчег. А где Ной? Свистать всех наверх! Юнга, где тряпки?..
ЯРИЛ. Я не юнга!
АНТОНИНА. Пятнадцатилетний капитан!
ЯРИЛ. Мне одиннадцать!
АНТОНИНА. Разговорчики в строю! Где тряпки?
ЯРИЛ. Лентяйка — там!
АНТОНИНА. Лентяйка? Отставить! Я очень и очень трудолюбивая женщина!
ЯРИЛ. Да не, лентяйка, не ты!
АНТОНИНА. Ах это ты мать лентяйкой, маленький сорванец! Я тебе щас по попке начикаю…
ЯРИЛ. Ее нет, а лентяйка в ванной!
АНТОНИНА. Ну ладно, пойду гляну на твою лентяйку!
Уходит в ванную.
ЯРИЛ. Дура взбаламошенная! Как с луны свалилась!
Входит АНТОНИНА со шваброй в одной руке, с ведром в другой.
АНТОНИНА. Что? Это кто это сорвался с цепи?
ЯРИЛ. Это не про вас! Про маму!
АНТОНИНА. Что там у вас? Она ругала почем зря?
Начинает собирать воду.
ЯРИЛ. Она… Она… Я убежал из дому!
АНТОНИНА. Ах, вот, оказывается, она какая! Не может понять такого хорошенького мальчугана. Ей все равно, что его волнует. Она думает только о себе.
ЯРИЛ. А вы откуда знаете?
АНТОНИНА. Просто я не только о себе…
ЯРИЛ. А о ком?
АНТОНИНА. О тебе, дитятко! Теперь я твоя вторая мама! Я хочу, чтобы ты рос счастливым парнишкой…
ЯРИЛ. Не хочу! Я вас не просил!
АНТОНИНА. Меня не надо просить. Я работаю по заказу.
ГОЛОС ИЗАБЕЛЛЫ ЮРЬЕВНЫ. Эти свиньи Пестряковы! Закрылись и не открывают!
(Входит и замирает у двери.)
АНТОНИНА. Что, не ждали? Помощь пришла вовремя. Еще немного, и мебель бы поплыла по реке…
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Кто вы? Что здесь делаете? Как попали?
АНТОНИНА. Собираю воду. Разве не видите?
Невозмутимо выжимает тряпку.
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Какая хамка! Ворвалась в чужую квартиру, да еще и хамит!..
АНТОНИНА. Я пришла помочь, а вы…
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Не надо! Мы сами!
АНТОНИНА. Если вызвали, значит, надо…
ИЗАБЕЛЛА ЮРЬЕВНА. Кто вызвал? Вы от Пестряковых? Я вас не знаю! Кто вы?
АНТОНИНА. Я из сервисного предприятия «Миледи».