— Кай…
Челюсть ведьмака сжимается и он опускает руку ниже. Глотаю воздух. Парень сжимает мою ягодицу в ладони и резко поднимает на меня глаза, заставляя смущённо краснеть. И мне самой отвратительно от мысли, что я не отскакивают с диким воплем, а беспокоюсь о своих скромных формах! Докатилась, Паркер.
— Кай, прекрати, — ни моё тело, ни я не хотим этого, но моральные принципы или, вернее сказать, их остатки вынуждают меня выдавить эти слова из себя. — Остановись, может зайти Джо, — вспоминаю о сестре и вдруг разносятся шаги по лестнице, очень быстрые шаги. Как ошпаренная отскакиваю и делаю вид, что поправляю, нанесённый Джозетт, макияж.
— Вы же не против, если я пойду с вами? — мило улыбается Кай вошедшей девушке, и его вопрос вовсе и не звучит, как вопрос. Близнец Кая слегка хмурится, но кивает, чуть растягивая уголки губ.
— Да, конечно.
***
music: Deptford Goth – Feel Real
Мы разговаривали ни о чем, о всяких мелочах. Мне давно не было так легко и в голове не всплывали мысли о неправильности. Я ощущала себя так, словно все так и должно быть. Правильно. Общаться и флиртовать с парнем, который не носит фамилию Паркер. Но несмотря на это, мне всё ещё не хватало голубых глаз и алых губ, коротких черных волос. Это правильно, но чуждо. Это правильно лишь для окружающих — не для меня. И сидя вот так с моим «новым знакомым», — Нейтаном я понимаю, что хорошо провожу время, но это лишь на некоторые мгновенья: я не смогу вот так всегда, ведь мыслями я с братом. Я вижу, как он разговаривает с какой-то девушкой, мило улыбается и смеётся, так поддельно искренно, но ему нравится эта фальшь с этой глупышкой. Он путает её в своих нитях, и она этого не замечает. Правильно. Ему хорошо, мне хорошо. Так должно быть, но я все ещё мечтаю оказаться рядом с ним, потому что с Каем хорошо по-настоящему; с ним хорошо всегда — не на мгновенья.
Глотаю сладкий пунш, но на самом деле он не вызывает у меня ничего кроме омерзения и лёгкого головокружения. Но я улыбаюсь Нейтану. Это мой нормальный вечер.
— Думаю, тебя пора прекращать пить, иначе буду тебя на руках отсюда выносить, — глупо улыбается Кай, появившись из ниоткуда, и отнимает стакан в моих руках. Он же вот, только что стоял с какой-то девицей.
— Этой твой… — щурится Нейтан, и я понимаю, как это может показаться со стороны.
— Брат, — опережает меня брюнет и садится на подлокотник кресла, улыбаясь во все тридцать три блондину.
— Нейтан, — представляется парень.
Кай отпивает содержимое своего стакана и облизывает губы. Это выглядит соблазнительно. Невольно прикусываю губу, проследив за этим движением.
— Мне не обязательно знать твоё имя. Ну, да ладно. Чем же ты занимаешься? Какие у тебя намерения касательно моей сестры? Или что там должны спрашивать заботливые братья в подобных случаях?
Выпучив глаза, бью того по плечу, борясь с желанием и вовсе скинуть на пол.
— Кажется, ты достаточно выпил, братик, — выделяю обращение к нему.
— Не достаточно, чтобы быть в состоянии не стояния. Так, что? Это кофта футбольной команды? Значит, ты футболист, подающий надежды. Наверняка, ещё и немного отсталый. Все футболисты — перекачанные идиоты, — словесный поток Кая невозможно остановить ничем, даже после моего пятого (по-моему, точно не уверена) удара локтем в бок, он продолжает нести ересь. — Больно же, перестань, — наигранно обижается он, посмотрев на меня и хмурится, как ребенок.
— Послушай, если ты сейчас же не заткнешься, я втащу тебе, — сжав подлокотник дивана пальцами, угрожающе прошипел парень.
Брюнет с поддельным испугом ухватился за лицо.
— О Боже, только не это. Какие мы нежные, — тяжко вздохнул Кай и опять отпил из стакана. У него там что, текила? От неё его всегда не в ту степь несёт. — Знаешь, я где-то слышал, что у качков, ну, маленький…
— Что за спектакль? — вскакиваю я с места и нависаю над парнем, который всё так же нелепо давит лыбу. — Какой же ты козёл, — не нахожусь, что сказать и злостно топаю ногой, а после обхожу его и направляюсь вверх по лестнице. Нужно уйти ненадолго отсюда. Комната, ванна — не важно, любое пустое помещение, где не будет ни души.
Так обязательно испортить всё? Нельзя просто дать мне свободу, чтобы я привыкала к нормальному образу жизни. Я хотела попытаться завести хоть какого-то рода отношения, но здоровые. Присечь это гребаное влечение на корню. Нет же, опять появляется Кай и уничтожает всё. Урод.урод.урод!
Захлопываю дверь светлого помещения за собой. Ванная. Как я и ожидала. Начинаю нервно ходить по комнате. В конце концов опускаюсь на холодный пол и скидываю дурацкие, неудобные туфли, которые тоже позаимствовала у Джо.
Всё испорчено. Опять. Урод.
Не замечаю, как по глазам начинает течь солёная жидкость. Отлично, теперь потечёт тушь. Со злобой начинаю тереть глаза, от чего та наверняка размазывается пуще. Стук дверь не отрезвляет меня, лишь больше злит.
— Пошли к чёрту, — рычу. Мне плевать, даже если это хозяйка дома.
— Это я, — грубый голос брата за дверью.
— Тем более проваливай, — хохотнула я и истерично всхлипнула.
— Открой двери, — жёстко и ровно произнёс брат. — Прямо сейчас, Клэри, — добавляет он.
Качаю головой, будто бы он может это увидеть, но чуть помедлив и услышав вздох парня, поднимаюсь на чуть шатких ногах и поворачиваю замок. Смотрю на Кая через приоткрытую щель и сглатываю. Он открывает её шире и заходит, закрывая за собой. Снова на замок.
— Урод, — сцепив зубы, выдавливаю из себя. Обиженно складываю руки на груди и сверлю его громоздким взглядом.
— Злишься, что испортил вечер с этим говнюком? — он сделал шаг ближе. Даже не извинится? Хорошо. Делаю шаг назад от него. Он это замечает и хмыкнув, бедрами подталкивает меня ещё дальше, к раковине. Когда я уже упираюсь в нее, он ставит обе руки по разные стороны от моих бедер.
И теперь я снова чувствую себя неловко, а при воспоминании, как я выгляжу, так ещё паршивее становится.
— Извини, наверное, тебе очень хотелось, чтобы он поимел тебя во всех позах, а тут я такой со своими разговорами, да?
— От тебя несёт бухлом, — все, что говорю ему. — Отрезвей для начала, — отрезаю я и хочу толкнуть его в грудь, чтобы уйти, но он камнем стоит, не давая мне пути. Хмуро смотрю на него, ожидая продолжения.
— Малышка, будь уверена, я трезв. Один стакан «бухла», — перекривлял меня он, — не способен настолько спъянить меня. Расстроена из-за него, да? Слушай, если тебе хочется, чтобы тебя тупо кто-то трахнул, я могу помочь.
— Да пошёл ты, — замахиваюсь, чтобы дать ему пощечину, но замираю в сантиметре от его лица. Он смотрит на мою руку, а после опять на меня и сильнее вжимает в холодную раковину позади. Кай так плотно прижат ко мне, что я буквально чувствую бляшку его ремня сквозь ткань платья.
— Нечего больше мне сказать?
Вскидываю подбородок вверх и наши носы меньше чем в дюйме друг от друга.
— Хочешь, чтобы я сказала, что думаю? Хорошо. Моя жизнь катится к херам, потому что-то, что происходит между нами — ненормально. Тебя это, кажется, никак не смущает и, пожалуй, я бы тоже закрыла с радостью глаза, поддаваясь всем твоим манипуляциям, ведь ты так любишь играть на нервах, мой обожаемый брат, но я не могу, пускай и стою на самой грани. Что ты прикажешь мне делать? — под конец мой голос начал предательски дрожать от волнения.
— Ты доверяешь мне, Клэри?
Кай нежно касается моего подбородка. И я пугаюсь, вспоминая его жестокость в день, когда мы чуть было не разбились на большой скорости. Как он может так часто меняться? Все произошедшее тогда кажется мне не более чем дурным сном в этот момент, когда он убирает с бережностью мои волосы назад.
— Да, — киваю.
— Тогда просто иди за мной, и я обещаю, что всё будет хорошо, Клэри.
Я опять начинаю плакать и судорожно кивать. По пятам, за ним, всегда. Прижимаюсь к его груди, обвивая руками торс. Хочу быть в его руках. Хочу чувствовать вновь защищённость. Рядом с ним. И, возможно, я всё ещё буду корить себя, но только не в этот вечер.