Когда очередным вечером Стив не приходит к нему спать, Джеймс лежит на кровати, раскинув руки в стороны, с ощущением, будто ему пробили грудину кувалдой.
– Вы что, поругались с Цербером? – Элли быстро и умело разрыхляет землю.
«В следующем месяце будем сажать картофель! Пора готовиться к столь важному мероприятию».
– Что? Нет, – Стив теряется на мгновение, – нет. С чего ты взяла?
– Ни с чего, – девочка пожимает плечами и пытается сдуть прядь волос с лица. – Просто…
– Просто мне кажется, что я… вроде как обуза для него. И слишком… доставучий, – Роджерс перебивает и выпаливает то, о чем думает последние несколько дней.
Элли фыркает, закатывает глаза и выдает какое-то длинное, замысловатое ругательство.
– Ерунда, – убежденно произносит она наконец, – твой Барнс без ума от тебя.
– Без ума от меня? – мальчишка стремительно поворачивается к ней и жадно ловит каждое слово.
Он не верит в то, что говорит Элли, но он так хочет поверить.
– Ну да, – она смотрит на него, как на самого недогадливого человека во вселенной. – Он же только о тебе и говорит. Да, все те скудные крохи своих слов, которыми он балует нас, связаны, так или иначе, только с тобой. Да и смотрит он только на тебя. Поэтому прекрати выделываться, Стив.
С этими словами она подхватывает небольшую лопатку и продвигается дальше. Роджерс чувствует, как вдруг бешено – с надеждой – заколотилось сердце, и решает вечером, когда Джеймс с Джоэлом вернутся со стройки, поговорить с мужчиной.
– Ты куда-то уходишь? – мямлит он, глядя на то, как Барнс, приняв душ и переодевшись из рабочего, идет к двери.
– Да.
– И куда же, интересно? – спрашивает Элли. И ее голос холодный, как лед.
– К Марго, – не оборачиваясь, бросает мужчина.
– Зачем? – она вскидывает брови и обеспокоенно косится на Стива, который смотрит прямо перед собой стеклянными глазами. На его лбу появляется совершенно незнакомая напряженная складка.
– Она заходила днем, – Джеймс по-прежнему не оборачивается, ему вдруг становится неловко и хочется начать оправдываться, – искала Джоэла. Ей нужно помочь привесить полки или… что-то такое.
– Оу, – многозначительно тянет девчонка, – что же, удачи с забиванием гвоздей.
Барнс ничего не отвечает на это полное яда пожелание. Выходит, тихо прикрыв за собой дверь.
– Он не поужинал, – тусклым голосом говорит вдруг Стив.
Он сидит, низко склонив голову, и пытается справиться с дыханием. По его лицу расплываются некрасивые, будто горячечные пятна, а в горле вдруг встает комок. Он стискивает кулаки в бессильной попытке усмирить злость и смущение. В этот момент, сидя здесь – на кухне, ощущая на себе сочувствующий взгляд Элли и недоумевающий Джоэла, ему хочется убить Барнса за то, что тот имеет такую власть над ним, Стивом, и может одним своим действием вывести его из равновесия.
– Она живет на соседней улице, – произносит Джоэл, – в прошлом году у нее умер отец, и я иногда помогаю ей с кое-чем по дому. Она еще вчера говорила про эти полки, видимо заходила днем, чтобы напомнить и… вот. – Торопливо заканчивает он, поймав суровый взгляд девочки.
– Пойду к себе, – Роджерс поднимается и торопливо направляется к лестнице.
– А как же ужин, Стив? – Элли выглядит по-настоящему расстроенной, но как помочь мальчику и как вправить мозги Барнсу, она не знает.
– Спасибо, я не голоден, – Роджерс скрывается на втором этаже.
– Знаешь, – через какое-то время говорит Элли, когда они с Джоэлом сидят за столом и заканчивают ужинать, – все-таки вы – мужчины – уродливая половина человечества. И я сейчас не про внешность.
– Я понял, малышка, – старик не поднимает глаза от тарелки.
Лучше не лезть на рожон, когда Элли не в духе. Он знает, что она близко к сердцу принимает чужие проблемы и чужую боль, искренне привязывается к людям и хочет помочь, поэтому спокойно относится к резкостям, которые девочка может выпалить, будучи на эмоциях.
***
– Спасибо большое, не знаю, что бы я делала без вашей помощи.
– Пожалуйста, – коротко отвечает Джеймс, возвращая отвертку к остальным инструментам в ящике.
Он правда познакомился с Марго сегодня днем, когда забежал домой, чтобы прихватить рулетку, оставленную Джоэлом в кладовке, и застирать рубашку, которую испачкал кровью, порезав утром ладонь.
Барнс наспех обработал порез и поторопился отстирать уже засохшую кровь. Натянув футболку, сбежал по лестнице вниз, и принялся рыться в кладовке в поисках рулетки, когда в дверь постучали. Он выглянул в прихожую, стук повторился. Решив, что может кто-то из своих вернулся пораньше, повернул ручку. На пороге стояла невысокая девушка, и ей пришлось поднять голову, чтобы взглянуть мужчине в лицо.
– Простите, – она смущенно улыбнулась, продемонстрировав ямочки на щеках, – а Джоэла нет дома?
– Нет, – Джеймс удивленно посмотрел на нее. Он думал, все знают, что старик дома бывает только вечерами, да и то не всегда.
– Просто мы вчера договаривались… Извините, я не представилась, – совсем уж стушевалась незнакомка, – меня зовут Марго, живу тут недалеко, около Макэвена.
Джеймс кивнул. С шумным, темпераментным шотландцем он познакомился почти в самом начале их пребывания здесь.
– Я Джеймс, – запоздало отреагировал он, неуклюже пожав чужую руку. – Что-то передать Джоэлу?
– Да нет, я тогда сама его найду, – она махнула ладонью и растерянно огляделась, – он обещал мне помочь подвесить полки на кухне, вот и…
– Может быть, я смогу помочь? – Барнс вспомнил слова Элли о том, что люди его чураются из-за мрачного вида, и решил проявить некое подобие дружелюбия. – Вечером могу зайти, если вас это устроит.
– Если только вас это не затруднит, – Марго встрепенулась и ее щеки слегка порозовели.
– Нисколько, – заверил ее мужчина. На том и попрощались.
И вот, вечером, как и обещал, Барнс пришел и повесил эти чертовы полки, из-за которых Элли прожигала его затылок яростным взглядом. Что он опять сделал не так?
– Если что-то понадобится, говорите, – он даже почти улыбается. Но сквозь бороду это не особо видно. Выглядит скорее так, будто он что-то жует.
– Еще раз спасибо, – Марго очень милая и приветливая. Она слегка нервно комкает подол длинной юбки в пальцах и спрашивает, – может, попьете чай? Неловко отпускать вас без всего.
– Нет-нет, спасибо большое, – Барнс планирует заглянуть к рыжему Макэвену, – я пойду, до свидания.
– До свидания, – девушка еще раз благодарно улыбается и закрывает за ним дверь.
Ну, и чем Элли была недовольна?
***
Почти каждый свободный вечер Джеймс проводит в компании шотландца. Этот дородный мужик с лихо закрученными усами вызывает у Барнса искреннюю симпатию. Он старше Джеймса лет на пять, так что им есть, что вспомнить из времен «до». Подобные посиделки заставляют его немного отвлечься от самоедства. И помогают почти не пересекаться со Стивом. Барнс надеется, Роджерс счастлив, что мужчина избавил его от необходимости видеть его небритую рожу каждый день.
Как-то ночью, когда Джеймс возвращается от своего нового приятеля, они сталкиваются с мальчиком. Мужчина тихо заходит в дом и быстро идет в сторону лестницы, начинает подниматься и сначала улавливает на верхней площадке какое-то движение. Прищуривается, вглядываясь в темный силуэт, хотя надобности в этом абсолютно никакой – он узнает Стива всегда и везде. Мальчик замирает на ступеньках, видимо, испугавшись, а Барнс сжимает зубы, едва сдержавшись от того, чтобы привычно не пробормотать: «Это я, мелкий», и протянуть руку, чтобы поддержать Роджерса, он ведь в темноте и с лестницы скатиться может, с него станется.
Вместо всего этого Джеймс поднимается и останавливается перед все еще замершим на верхней ступеньке Стивом. Роджерс теребит пальцами длинный подол спальной футболки и молча отходит в сторону, пропуская Барнса.