- Нет! Нет! Отпустите, оставьте меня, хватит, не могу больше! - рыдала Гермиона, брыкаясь в руках Снейпа, совершенно безуспешно.
- Прекратите дёргаться. Словно Гойл, которому в штаны заполз хорёк-Малфой, - пробурчал Снейп, силой сдерживая Гермиону, которая будто не слышала его, и как заведенная повторяла:
- Отпустите! Отпустите!
Пока он нёс её до своего дома, Северус отряхивал её от снега, успевшего прилипнуть к джинсам, кедам и рукавам рубашки. Он слышал, как её зубы стучат не то от холода, не то от рыданий. Либо от всего сразу.
Когда Северус донес её до своей гостиной, он закрыл дверь заклинанием, чтобы Гермиона не сбежала, и усадил её на диван. Сам пошел в лабораторию. Как ни странно, она даже не пыталась уйти. Видимо, поняла бесполезность попыток. Она легла на бок и закрыла лицо руками. Не хотела, чтобы Северус видел её красное и опухшее лицо при нормальном освещении.
Северус вернулся с бутылочкой какого-то зелья, перелил его в любимую кружку Гермионы и протянул ей. Та даже не шевельнулась. Не считая дрожи во всем теле из-за сильного холода. Ей нужно было немедленно выпить это зелье, пока она не заболела.
- Мисс Грейнджер, выпейте это, - попросил Снейп.
Гермиона покачала головой.
- Выпейте согревающее зелье, - уже приказывал он.
- Ничего я пить не буду, - срывающимся от сильных рыданий голосом проговорила она.
- Не заставляйте меня вливать вам его в горло!
Он потянул Гермиону за руку, заставляя сесть. Она резко убрала ладони от лица и со всего размаху выбила кружку из рук Северуса.
- Как жаль. Это была ваша любимая.
- Выпустите меня, - безразличным тоном сказала Гермиона, при этом смотря не на Северуса, а прямо перед собой, в стену.
- И не подумаю этого делать, - сказал он и опустился на пол рядом с ногами Гермионы.
Она при этом откинулась на спинку дивана и закрыла глаза, силясь не зарыдать вновь.
- Профессор Снейп, - выдавила из себя Гермиона, - Я понимаю, что вы не очень хорошо разбираетесь в женской психологии, но когда девушку отвергают, унижают и утверждают ей, что она заблуждается в своих собственных чувствах, ей нужно побыть одной.
- Вы можете побыть тут.
Гермиона еле сдерживалась. Она теряла терпение, грудь высоко поднималась от такого бешеного дыхания, губы от злости были сжаты в тонкую полоску. При этом она совершенно не замечала, что Северус снял с неё кеды, просушил их, а затем и её ноги от растаявшего снега.
Они молчали. Может, минут пятнадцать. Северус придвинулся ближе к ногам Гермионы, лёг щекой на её колени, обхватывая икры правой рукой.
Гермиона с трудом подавляла желание заехать коленом ему в челюсть. Вряд ли будет когда-нибудь такая же прекрасная возможность.
- Как давно? - вдруг спросил громким и чётким голосом Северус.
- Что? - переспросила Гермиона, вкладывая в свой голос как можно больше презрения.
- Не делайте вид, что не поняли меня, - сказал Снейп и коснулся губами её коленок.
Они снова молчали. Когда Северус хотел напомнить Гермионе, что ждет ответа, она произнесла:
- Больше трёх лет.
Снейп вскочил на ноги и навис над уже ничему не удивляющейся Гермионой.
- Не надо мне врать, мисс Грейнджер.
Гермиона смотрела ему прямо в глаза и даже не моргала.
- Вы идиот.
- Что вы сказали? - озверел Снейп и резко поднял её с дивана.
- Я сказала, что вы идиот. Могу даже обосновать. Если вы считаете, что мне есть смысл вам врать, то вы идиот.
Северус резко потянув её за руку, прижал к стене и прошипел ей прямо в лицо:
- Вы же мне лжёте.
Гермиона просто устало засмеялась и обмякла в руках Северуса, державшего её.
- Вы же великий мастер Легилименции. Дерзайте.
Она посмотрела ему в глаза таким уверенным, но усталым взглядом.
- Я не буду, - сказал Северус.
- Что так?
- Вторжение в мысли довольно болезненно.
- О, ну что вы, - деланно дружелюбно улыбнулась Гермиона, - Уже поздно беспокоиться о том, чтобы не причинять мне боли.
- Прекратите меня раздражать!
Снейп поднял её на руки и вернул обратно на диван. Затем быстро очистил ковер от успокоительного зелья и починил любимую кружку Гермионы.
- Дайте мне воспоминания, - приказал Снейп и протянул из ниоткуда взятый пузырек.
- Какие воспоминания? - нахмурилась Гермиона и устало потерла переносицу.
- В какой момент вы поняли, что… что… Мисс Грейнджер, не прикидывайтесь дурочкой!
- Я сама не знаю, - буркнула она и залезла на диван с ногами.
- Но у вас должно быть какое-то предположение, не так ли? - Снейп сел на корточки у подножия дивана.
Гермиона подумала немного, а затем ответила:
- Да, есть пожалуй. Наверное, тогда все и началось.
- Дайте мне это воспоминание.
Гермиона снова помолчала, окинула Снейпа изучающим взглядом, а затем спросила:
- Зачем оно вам?
Северус сглотнув, понял, что сейчас больше всего на свете хочет знать, когда же эта красивая девушка прониклась к нему чувствами. К нему, а не к какому-нибудь своему однокурснику. К нему, вечно издевающемуся и снижающему баллы злому профессору. Он никогда не давал даже повода, чтобы испытывать к нему что-то кроме ненависти. Что же Гермиона Грейнджер углядела в нём? И когда? Больше трёх лет назад… Значит где-то пятый курс. Но ничего хорошего он не делал. Даже ни разу не поставил ей “Превосходно” за её идеальные зелья. А когда он преподавал Защиту От Темных Искусств, она почти сразу научилась невербально пользоваться магией. А он и тогда нашел к чему придраться. Он определенно не заслужил любви столь нежной и чистой особы.
- Я хочу знать. Я должен знать, мисс Грейнджер. Пожалуйста, покажите мне, - умоляющим голосом проговорил Северус.
- Но какой смысл, профессор? Я уже жалею, что сказала вам, правда. Вам ведь всё равно. Зачем было так вас грузить… - Гермиона скорее говорила это сама себе.
- Вы не грузите меня. И мне не плевать.
Северус протянул ей пузырёк. Гермиона хмыкнула и, достав волшебную палочку, коснулась ею виска. Из него поплыла серебристая ниточка. Гермиона опустила своё воспоминание в пузырёк и посмотрела на Снейпа.
- Держите, - сказала она.
- Идите со мной, - Северус протянул ей руку.
- Я подожду вас здесь, - ответила Гермиона и легла на диван.
- Если вы попытаетесь уйти, - сквозь зубы процедил он, - Я найду вас и запру здесь до конца своей жизни.
- Как скажете, - ответила она.
Северус посмотрел на её сонное лицо, на закрытые глаза и почему-то решил, что хочет видеть эту картину каждый день. Засыпая и просыпаясь. Хочет перебирать её волосы, гладить щёки, плечи и целовать губы. Но сейчас он удержался, чтобы не наклониться к ней и не прикоснуться губами хотя бы к щеке. Сейчас ему надо было нестись в кабинет директора, чтобы воспользоваться Омутом Памяти.
Северус, прежде чем трансгрессировать, наложил на свой дом защитные чары. Которые, естественно, распространяются на всех, кроме него самого. Чтобы у Гермионы не было шанса уйти. Он должен посмотреть воспоминание, вернуться и поговорить с ней.
Шагнув в пустоту, он через мгновение появился в своей гостиной в Хогвартсе. Метнулся в коридор, затем наверх, вон из подземелий.
- Мистер Долгопупс, немедленно вернитесь в гостиную Гриффиндора. Нечего околачиваться в коридорах в такое позднее время!
Он так спешил, что даже забыл снять десяток-другой баллов.
Вот наконец и Омут Памяти. Снейп вылил содержимое флакона в кубок и нырнул в него с головой.
И оказался в больничном крыле, у самых дверей. У одной из кроватей происходило что-то шумное и Северус поспешил туда. И ему все стало ясно. Это конец Турнира Трёх Волшебников. Волдеморт воскрес, Фадж ссорится с Дамблдором, не веря ни единому его слову. Снейп стоял рядом, готовый в любой момент вступиться за Дамблдора.
Реальный Северус осмотрел кровать. На ней лежал Гарри Поттер, внимательно слушавший Фаджа. На лице мальчика выражались его мысли: “Этот чокнутый министр - идиот”. Что ж, хоть в чём-то Северус с ним согласен. Рядом сидела Молли Уизли, а с другой стороны Гермиона Грейнджер и держала Гарри за руку. Надо же, а тогда он этого не заметил. Но Северусу подсказывала интуиция, что сейчас надо смотреть не на Гермиону, а на Дамблдора, Фаджа и, соответственно, себя. Пока что шла перепалка директора и министра, и Северус решительно не понимал, зачем Гермиона дала ему смотреть всю эту чушь.