Я не вмешивался, не пробовал ему помочь и отчего-то ждал чуда в стиле Шерлока Холмса. Вот сейчас милорд изучит улики, получит нужные факты, – и мы поймаем убийцу. Но Мак-Феникс был в большей степени человеком, чем литературный персонаж, он был пристрастен. Он был спокоен, но не равнодушен, черт возьми!
Дойдя до фотографий Сандры Тайлер, Курт глубоко вздохнул, точно ныряльщик перед погружением, он изучал их дольше остальных, потом положил на стол, встал и отошел к окну. Закурил, без мундштука, суетливо, и руки его дрожали.
Мы со Слайтом пялились на него и молчали, боясь пошевелиться. Даже Фрэнк видел, насколько лорд потрясен, хотя внешне он остался привычно холоден.
В полной тишине Курт докурил и достал новую сигарету.
Слайт осторожно принялся собирать со стола свою кошмарную коллекцию.
– Рассмотрите их внимательней, инспектор, – не оборачиваясь, сказал Мак-Феникс. Голос его звучал глухо, но ровно. – Вас не пугают эти лица? Меня пугают. Мне нравятся женщины с характером, понимаете? Любая из жертв маньяка могла постоять за себя, они должны были кричать, сопротивляться, царапаться, что угодно. Но, судя по всему, они сдались без боя. Так?
– Да, так, – тихо согласился Слайт, поглядывая на меня в поисках поддержки. – Ни крови под ногтями, ни обрывков ткани в руках, ничего, что выдавало бы борьбу с убийцей. Мы полагали, что их убивал кто-то знакомый, тот, кому они доверяли.
– И кого любили, – криво усмехнулся Курт. – То есть первый удар был смертельным?
– Да…
– Чепуха! Даньер была жива, когда ее нашли. Допустим, что-то ему помешало, он не нанес удар правильно, но дальше? Он продолжил бить ее ножом, он резал ее на куски в людном месте, а она молчала, даже не думала звать на помощь. Не сопротивлялась.
– Милорд!
– Посмотрите на фотографии, инспектор. В трех случаях – руки, один раз – шея, еще у одной – лицо. Легкие порезы, видите? Что показал анализ крови Даньер?
– Остаточный след морфина, но она…
– «Феникс»? – спросил я, отбирая у Фрэнка фотографии и рассматривая их в новом ракурсе.
– Думаю, да. Тот самый, украденный у меня концентрат.
– Он царапал их отравленным лезвием?
– А после делал с жертвой все, что хотел. Инспектор, это только версия, не больше.
– У Сандры Тайлер нет пореза? Прости!
– Ничего. Сандру убили до кражи препарата. У Сандры нет пореза, зато есть кровоподтек на скуле. Ее ударили, и она потеряла сознание.
Тут он все-таки не выдержал, голос сорвался, лорд прислонился лбом к холодному стеклу, ударил по нему кулаком; дыхание стало прерывистым, он пытался дышать по методике, не получалось, и третья сигарета не помогла ему успокоиться.
– Курт! Послушай, Курт!
– Милорд!
– Извините, – сказал нам Мак-Феникс и вышел из кабинета, я услышал, как он быстро сбежал вниз по лестнице, потом хлопнула входная дверь.
– Догоняй его, Патерсон, не тупи! – пихнул меня потрясенный Слайт. – Вот это голова, вот это сила воли! Я его должник, так и передай милорду!
Я его не слушал. Я уже бежал вслед за Мак-Фениксом. За дверью кто-то вскрикнул, взвизгнули тормоза, истошно загудела машина… Сердце мое оборвалось, и я вылетел на улицу. На миг замер, ослепленный ярким светом, сделал несколько шагов наугад, на звук. Потом зрение вернулось. Слава Богу!
Мак-Феникс, живой и невредимый, стоял на тротуаре и тяжело опирался о плечо «гробовщика», закрывая ладонью глаза. Второй охранник разбирался с водителем «Вольво», перекрывшим проезжую часть, еще один быстрым шагом шел в сторону сквера. Я не стал вдаваться в детали, подошел к Курту и осторожно осмотрел его:
– Ты цел? В порядке?
– Вроде того, – буркнул он и добавил с досадой: – Очки забыл. Чертово солнце!
– Милорд слишком резко выскочил, док, – пояснил охранник, – и столкнулся с дежурным сержантом Столпола. Того вынесло на проезжую часть, под колеса «Вольво», вон, водитель до сих пор в шоке. А бобби с перепугу слинял, Джон пошел за ним, может, помощь нужна?
– Ты опять меня напугал! – Я обнял Мак-Феникса, крепко прижав к себе. Мне было плевать на странного сержанта, нужна ему помощь или нет, я был так счастлив, что Курт не пострадал, что совершенно себя не контролировал.
– Патерсон, ну не на улице же, – шепнул мне на ухо Курт. – Люди смотрят. Давай вернемся в дом, обнимай меня, сколько хочешь. Идем?
Он снова был собой. Шок прошел, милорд был в полном порядке.
После того, как я наотрез отказался продолжать его «лапать», лорд рассмеялся и заявил, что голоден и что я могу составить ему компанию, хотя я трус и дезертир. Он даже Слайта пригласил к столу, что было знаком высшего расположения. Я не мог понять, что произошло, слишком резким был переход от переживаний по поводу убийств к потребностям сегодняшнего дня, но Мак-Феникс оживал буквально на глазах. В прекрасном настроении Курт проглотил ленч, принял лекарства и завалился спать.