– Это все миссис Фариш и хорошая память. Давай, ты выпьешь мой дурацкий порошок, а я посторожу твой сон?
– Врешь, – грустно улыбнулся я, – ты будешь искать Роба!
– Одно другому не мешает, – хмыкнул лорд. – Брось, Патерсон, у Роба больше поводов для ревности. Не знаю, какого черта я отчитываюсь перед тобой, но с Робертом я не живу уже лет пять. С тех пор у меня были и мужчины, и женщины, почему тебя замкнуло именно на Харли? Оттого, что ему нравится тебя дразнить? Но ты не избранный, он дразнит всех подряд.
– Курт, – подумав, тихо спросил я, – что будет дальше, Курт?
Он только фыркнул в ответ:
– Джеймс, я ведь не Господь Бог и не Дьявол, правда?
– Ты Стратег.
– Есть такое. Как Стратег могу ответить: я найду Роба, найду раньше полиции и помогу ему.
– Какая самоуверенность! – съязвил я, не удержавшись. – Ты болен и слаб, а Роберт Харли находится в розыске уже полдня, его приметы разосланы во все концы страны, во все аэропорты, на все вокзалы! И даже если твои люди разыщут его первыми, где они станут его прятать, подумай!
– Напрасно ты не веришь в меня, Патерсон. Но я не буду спорить: считаешь, что Слайт знает, как искать сумасшедшего Робби, – дело твое. Важно другое: как только Роберт будет в безопасности, мы с тобой поднимемся на борт моей яхты и отправимся в плаванье по морю, от острова к острову. Как тебе?
Я с энтузиазмом кивнул, хотя и не верил в спасение Роберта Харли.
– Что до остального… – лорд потер переносицу. – Здесь все зависит от тебя. Жаль, конечно, что ты такой закомплексованный и упертый, но просто дружить с тобой тоже прикольно. Только избавь меня от собственной ревности, ладно?
– Постараюсь, – ответил я, выбираясь из-под пледа за лекарством. – При такой сексуальной активности было бы жестоко навязывать тебе аскетизм, уж прости, но для тебя это один из способов самоконтроля, возможность безопасно выпустить пар.
– Все-то ты понимаешь, – проворчал Курт, глядя на меня почти ласково. – Док, у тебя глаза слипаются, общение со мною не идет тебе на пользу.
– Что верно, то верно, – охотно согласился я, заставляя его откинуть голову и тщательно считая капли. – В жизни так не выкладывался. Поморгай. Еще заход. Теперь компрессы. Черт, тебе бы лечь, милорд, ну разве можно быть таким упрямым? Ложись в кабинете, а я пройду к себе…
– Джеймс, – жестко сказал Курт, пресекая мои жалкие попытки, – ляг и спи уже, а? Я все проглотил, на вопросы ответил. Отдыхай, Патерсон, дай мне подумать в тишине.
Он не сделал попытки встать, даже не дернулся, так и сидел на полу, запрокинув голову. На щеках белесые дорожки лекарства, влажная вата на веках. Телефонная трубка в руке – средоточие мер по розыску блудного Роберта Харли.
«Просто монстр какой-то, – досадливо подумал я, вновь устраиваясь на диване и закрывая глаза. – Чтоб ему пусто было, этому Робу, надо же, какая нежная любовь, чтоб его нашли уже, негодяя…»
– Слайт его поймает! – мстительно пообещал я Курту и отключился, так и не узнав, что думает Мак-Феникс по этому поводу.
***
Проснулся я отдохнувшим и полным сил. Верный слову Мак-Феникс сидел рядом в кресле и стучал по клавиатуре макбука. Выглядел он получше, так что я сделал вывод, что милорд большую часть времени все же проспал. Я скрипнул диваном, он слегка поднял голову и подмигнул, потом нажал пару клавиш и повернул макбук экраном ко мне. На мониторе было море, и белоснежная яхта под всеми парусами рассекала легкие волны.
– Красиво, – мечтательно улыбнулся я. – Странно, Курт, я ведь только сейчас заметил: здесь, на Беркли-стрит, нет твоих кошмарных корабликов!
– Ну, – он пожал плечами, – наверное, к зиме появятся. Но вообще-то корабли – занятие для деревни. Как-то само собой получалось, что в городе я находил иные развлечения.
– Угу, – не удержался я, – доразвлекался один такой! Дотанцевался!
– С дискотеками придется завязать, – неподдельно огорчился Мак-Феникс. – Жаль, было весело.
– Я не могу передать, как ты меня обрадовал! – я привстал с дивана и с изумлением уставился на лорда. – Думаю, это большая жертва с твоей стороны, но в память о погибшей девушке…
– Не будь ханжой, Джеймс, – Мак-Феникс захлопнул крышку компьютера, – причем тут Соф? О моих забавах прознали газетчики, теперь проходу не будет от папарацци. Какой уж тут оттяг?
Я сотни раз зарекался читать ему нотации, но снова не выдержал и кинулся в бой:
– Курт, я не могу поверить, что тебе совсем не жаль мадемуазель Даньер! Эта девушка любила тебя и погибла из-за…
– Из-за своей собственной дурости, – рявкнул, озлобляясь, Мак-Феникс, но тотчас постарался взять себя в руки с помощью моих нехитрых методов.