- Я знаю это. Много, много драконов. За которых, некому отомстить кроме меня.
- Ты – сможешь, - неуверенно повторила Ги Лянь, - отомстить Императору.
- Я бы смог, если бы был цел. Силён. Полон, – Ю Кэн горько высказал ночной девушке то, что мучало его годами, - А я разбит. Слаб. Пуст.
Она не ответила, в ответе не было нужны. Женским чутьём она поняла, что парню не нужно утешений. Она обняла его и поцеловала.
Самая лунная ночь взяла своё.
- Не рано ли ты меня наградила? – спросил Ю Кэн, когда выровнял дыхание, - А как же никогда?
- А когда? Смешной… Я уж и забыла о награде. Этот мир трясет и качает. Нет ничего надёжного вокруг меня – я вдруг четко поняла это. Так почему не поступить, так хочется здесь и сейчас? Помнишь ту неизвестную рату, чье платье вызывает слюноотделение у всех? Пока тебя не было, я думала, почему она предпочла дворцу подземелье? Почему сбежала к ратам от Императора?
- Хранитель сказал, что она явилась из другого Мира. Кто знает, что было у неё в голове?
- Дело не в этом. Мы женщины, думаем не так как вы. Но тоже делаем выбор. Она выбрала. Я выбрала. Наверное, мы действительно похожи. Я тоже предпочла неизвестного шимори, красавцу Императору.
- Это потому что я классный.
- Это потому, что ты смелый. И боец, а не тюфяк. И слушаешь меня. И не заставлял. И вернулся. И потому, что снова седая ночь и только ей доверяю я.
- Это ты о чём?
- Неважно. Девичьи приметы. Я выбрала и не жалею. Только не думай, что я покупаю твою помощь. Те мысли были глупостью и страхом. Лучше вообще тебе не сражаться с Императором. Так сложилось, что все его соратники мертвы. Я слышала, что ты кричал, когда его пытался вызвать. Они действительно его слабое место. И ты ослабил его, как мог. Кто теперь будет слушать его? Чьими руками он будет действовать? Я говорила со стариками, они - помогут. Пусть сидит Император в своей Башне, было бы хорошо заточить его там навечно. А жизнь Вси Гаварат можно организовать и без него.
- Ты думаешь он будет просто сидеть взаперти, глядеть как вы хозяйничаете в его вотчине?
- А что он сделает против армии? Что противопоставит чиновникам, храмам, организованным додзори, тем же многочисленным ратам? Я не знаю, как ты это сделал, но вокруг собралась целая куча влиятельных людей. Заговор созрел.
- Я должен отомстить, - Ю Кэн напрягся.
- Зачем? Любовь важнее мести. Счастье важнее мести. Мир важнее.
Ю Кэн не согласился с ней, но вслух не стал перечить. Его несогласие она прочла в напряжении каменных мышц, в ускорившемся стуке сердца.
- Ты сам сказал, что не сможешь его победить, - Ги Лянь обняла его крепко крепко и прошептала в самое ухо, - Так зачем нам расставаться, зачем рисковать? Если ты снова бросишь ему вызов, вдруг ты не вернешься? Ты раз ушёл, и я узнала, как вдруг мне стало трудно, беспокойно. Моё сердце разбилось, когда я опять увидала тебя сплошь в крови. Не делай мне больно, шимори. Ты и так его уже победил.
- Ты ошибаешься. Бить нужно, пока враг не умрёт.
Не та эта, мудрость, которую легко может принять женщина. Но сказано было так, что Ги Лянь поняла - не изменит неизбежного. Они долго лежали молча, слушая стучащие вразнобой сердца.
- Лунные жрицы восстанавливают целостность, - прошептала она, - Люби меня, бери энергию, все что у меня есть. Я прислушаюсь к Луне и изменю, что смогу. Может это подарит тебе хотя бы шанс.
Он ещё ничего не сделал, а она уже его простила.
Он не знал еще того прекрасного чувства, что расцвело в нем внезапно – желания утешить то сокровище, которым он временно обладал.
Ю Кэн потянулся к ней и больше до лунного утра они не разговаривали. Все было сказано и ничего не изменить.
И только седая ночь казалась самой лунной самой длинной.
ГЛАВА 43. Утро
Пока их не разбудил Хранитель Императорского Покоя, не одел и вывел, зевающих, в трапезную.
- Смотрите, что творится, - сразу указал в окно жующий Хранитель Порядка, едва молчащая пара перешагнула порог, - Что делают! Что делают!