Ничего не получал.
Ни один из тех людей, кого Кэн Ду просил взять ученика, не согласился. Сотни отказов, сотни улыбок. Никто бы не стал его учить, такого неудачника! Теперь-то мальчик глубоко-глубоко понял, что нужно было слушать учителя во всём. Учитель-то был прав ещё тогда, ругаясь.
Вот только меч… Насчёт меча – не прав!
Знакомая пустота с каждым днём, с каждой просьбой, наполняла юную душу.
Как будто не уходила никогда.
Жаль, что раньше он не знал, что там, раньше – счастье.
- Никто не станет учить этого мальчика, - сообщил очевидное воин, затянутый в красную кожу, в одной из питейных. – Патриархи шимори разрешают учить только родственников. Чужих в древности учили так, чтобы принести им смерть. Такое учение быстро прекратилось. Кто постигал боевое искусство у посторонних – вымер. Так ведётся с тех пор как Небо окутало наш Мир. Для смертоносного учения необходимо полное доверие. Между чужими нет его и не будет. Бесполезно просить. Никто не нарушит вековечный традиций. Даже за те деньги что ты светишь на каждом углу.
Робкая надежда ещё теплилась в душе мальчика. Надежда, что Мастер не бросит его, ведь никто не возьмёт. С треском рухнула она в пропасть отчаянья от следующий слов красного воина:
- Если заплатишь за совет, я дам тебе знать, как добиться того, что ты хочешь. И даже помогу.
Семь крупных рубинов высыпал на стол Мастер Кэн Ду перед алчным собеседником. Ю Кэн не знал ценности камней, не представля,л во что обошёлся Мастеру совет как быть с учеником. Он горевал, отчаивался, сдерживая слёзы.
- Ты мог бы догадаться сам, - засмеялся воин, сгребая драгоценные камни, - если его примут в клан, то научат чему-то. Тебе нужны кланы, вырезанные врагами. Мёртвые по сути, ведь потеряли воинов всех, которые могли бы защитить клан от врагов. Но временно живые, ведь враги не смогли добить их до последнего человека. Те, кто прячется в самых тёмных местах нашего Мира от своих кровников и лелеют жалкую месть. Такие могут соблазниться, не деньгами, а возможностью воспитать воина. Если уговоришь усыновить своего внука, его чему-то научат. Только такие клановые обломки, живые местью, возьмут чужака. Своих-то всех слабаки потеряли.
- И много таких? – спросил хмурый Мастер Кэн.
- Одного знаю, где искать, - улыбнулся воин в красном, - Ты заплатил достаточно, чтобы я показал где. Но уговаривать усыновить, ты будешь сам. Если захочешь. И знай, из внука твоего он выкует оружие для мести. А не разностороннего бойца. Не будет по-другому! Ведь без надежды к возрождению клана, чем ещё могут питаться мысли проигравших? Достать врага из могилы, ха-ха. Все они мечтают об одном.
- То, что надо, - серьёзно ответил Кэн Ду, - Отправимся сейчас.
Теперь на мальчика с разрушенных ворот разбитой горной крепости смотрел кудрявый снежный змей. Гордая статуя, призванная вселять ужас в сердца врагов, частично разрушилась от времени. А на столбах ворот грубейшими мазками кто-то излишне тщеславный изобразил змея красного.
В крепость отправился Мастер один, воины в красном в логово врага соваться отказались
- Клан снежного змея утратил свою силу, - проговорил красный воин, - Они гордились своим милосердием и теперь их не осталось. Знаешь зачем мы привезли тебя сюда, мальчик?
Ю Кэн, внутри объятый пустотой, игнорировал слова.
- Чтобы твой учитель не взбрыкнул. Чудак, раскидывающий рубины, как кони каштаны, достаточно силён, чтобы справиться с последним снежным змеем, который прячется на руинах. Мы, красные, такой ошибки как белые, не совершим. Нужно добить их всех. До последнего! Особенно приятна месть, которая вершится чужими руками.
Вся пятёрка воинов захохотала, пуская клубы пара изо рта. Никто из них Мастера не боялся, хотя в их чакрах, и не билась живая ци, как мальчик привык.
- Никто во всем мире не возьмёт тебя в ученики, - продолжил красный воин, - Какой из тебя шимори? Нас учат с колыбели. Женщины упражняются, чтобы тренировать нас в утробе, мы впитываем яды с молоком матери, уже в колыбели учителя тренируют младенцев. Усыновить тебя, это как усыновить кошку. Как твой дед мог в это поверить?