Чему могла научить близкая кончина человека, который и в грош свою жизнь не ставит? Правильно, тому, что нужно стараться усерднее. Не прошло и 3 дней, как я попробовал снова.
Обычный день, до наступления которого я уже начал понимать некоторые вещи. Я понял, что никто от меня не отвернулся, друзья продолжали поддерживать меня, как могли, она интересовалась моим состоянием, им всем было дело до моего прихода в норму и от этого мне становилось только хуже, мне было противно от себя, я не так хотел убить себя, как того, кто завладел мною на некоторое время. Я понял, что никому не будет легче, если я умру, но страх перед тем, как это все исправлять, страх пытаться жить дальше был сильнее, мне казалось проще все закончить, так мне будет легче. Этот день я провел с друзьями, мы веселились, никто и не вспоминал о том, что со мной что-то происходило, мне было хорошо, даже мысли о плохом уходили. Вечером мне сказали "нам будет плохо, если тебя не станет" на чем мы и попрощались. Это не выходило у меня из головы. Когда я остался один, страх опять взял верх.
Стоя на неустойчивой конструкции, невольно думаешь "зачем это все?". Я решил написать ей. Уже тогда я понял для себя мысль, которая не претерпела никаких изменений и до сих пор. Одна единственная вещь в моей жизни о которой я на самом деле жалею это то, что заставил её плакать, я не видел ничего плохого в том, чтобы поддаться эмоциям, но я вспомнил, как обещал когда-то исправить все на свете, что могло вызвать её слезы, и вдруг я сам стал причиной, как же я себя ненавидел, кто бы мог подумать, что это повторится. Мы не общались с ней с той ночи, я не чувствовал тогда вины, но мне было неловко, она узнавала обо мне от друзей, я делал так же. Вот так вот стоя на волоске от смерти я решил вспомнить лучшее, что у меня когда-то было, я вспоминал родителей, вспоминал время с друзьями, вспоминал её, написав длинное сообщение в котором кучу раз извинился и рассказал, что собираюсь умирать. Мне стало настолько гадко от самого себя, я видел конструкцию, которую сам соорудил и понимал, что от этого я вряд ли погибну, то есть я опять просто пытаюсь привлечь внимание, да и писал я ей все по той же причине, я жалок, мне хотелось избавится от того себя и я дал себе обещание. Обещание о том, что бы не случилось, я не должен жить, в тот день я должен был закончить свое существование. Стоя одной ногой на краю, и просовывая голову в небрежно навязанную петлю, я думал только о том, что мне нужно перестать бояться и принять смерть. Знаешь, когда ты на краю, начинает казаться, что так все и было задумано, начинаешь даже верить в Бога и то, что это он решил за тебя, потому что признать, что ты ошибся - кажется той подлинной слабостью. Задыхаясь, я потерял сознание. Очнувшись, я видел только яркий мигающий свет и чувствовал боль в голове. Это была лампочка, которую я задел, когда падал, а голова болела от удара о стол. Грязный, с разбитой головой и весь в слезах и соплях вышел из здания, прихватив клочок веревки, которая оторвалась вместе с моим телом. Закурив, я поджег веревку, а вместе с ней и тетрадь с записями, которые делал, когда чувствовал себя не хорошо. Я стоял и думал о том, что все закончилось, стоять было тяжело, ноги подкашивались от усталости и недостатка воздуха, но я все продолжал. Пора было смирится с тем, что мне придется все исправить самому, исправить себя в глазах окружающих, нужно было действовать. Сколько же дров я наломал, деваться было некуда, если появилось желание все исправить — это желание отпускать нельзя.
Окончательно пришёл в себя я от криков старшего брата, он вышел меня искать. После моего сообщения, она в тот час позвонила нашему знакомому от которого мы и узнавали друг о друге, он позвонил моей матери, которая была на работе, а она уже брату, то есть шанса умереть у меня вообще не было, меня бы спасли. С дрожью в руках я взял телефон. Больше полу сотни пропущенных, десятки сообщений и все только из-за меня. Я перезвонил матери, извинился за то, что разбудили и сказал, что у меня все хорошо, я просто вышел на улицу, а телефон забыл. Позвонил знакомому, извинился и все рассказал. Только ей я позвонить боялся, товарищ сказал, что она вся в слезах и её успокаивает 4 человека и что сам ей передаст, что со мной все хорошо. Больше неприязни к себе я не чувствовал, я принял то, что было. Я написал, спросил может ли она говорить и начал названивать. С 10 попытки она взяла трубку, я до мельчайших подробностей пересказал все, много раз извинился и пообещал, что больше не доставлю ей проблем и в её жизни я больше появляться не буду. Она не хотела этого, чувство собственной вины не давало ей покоя, ей нужно было знать, что со мной все будет в порядке и дальше. Сошлись на том, что она будет продолжать узнавать обо мне, через знакомого. Я не хотел терять её навсегда, подростковый кризис дался мне так тяжело, но это в прошлом, у меня появилась новая цель. Нужно было стать лучше, настолько, чтобы быть достойным нарушить собственное обещание и вернуть то, что было так дорого.