— И тебе хорошего утра, БАМ, — ответил Юджин, сверившись с часами на телефоне, которые показывали четыре часа и сорок три минуты утра.
Он оглянулся после того, как женщина растворилась в темноте, исчезнув даже для его прибора ночного видения. «И что это было?», — задался парень вопросом. Не просто же так Барбара Морс показалась ему. Да и этот вопрос был уж слишком примитивным для довольно умной молодой женщины. В специальные агенты Щ. И. Т. а кого попало не берут, в том числе основываясь и на умственных способностях.
— К чёрту, — выругался парень в слух, перестав ломать голову над загадками этих женщин.
Что Виктория фон Дум, что Барбара Морс говорили загадками и пытались ему что-то сказать. Только что именно и действительно ли они это делали? Не накручивал ли он себя от большого ума. Может быть у него, как любят говорить в США, 'не та сторона ума’⁴?
Перестав задаваться вопросами, Юджин поднял Ящера своими способностями, создав под тем платформу из псионики. Правда, помимо этого, ему пришлось сделать нечто наподобие арок вокруг тела пленного и приподнять края платформы, сделав этакие борты, чтобы не допустить перекатывания и падения Коннорса на землю.
Спустя пару минут к нему прибежал довольный Питер. Вдвоём они быстро транспортировали свою добычу к тому месту, где их наготове уже ждала Мэри Джейн, с раскрытыми задними дверьми автомобиля.
Дальнейшее исполнение плана было проведено относительно быстро. Они доставили Ящера в один из складов на грузовых доках на пирсе, который, опять же, арендовал Юджин. Там, пока он удерживал их жертву, Питер быстро ввёл тому вакцину. Мэри Джейн они благоразумно оставили снаружи. И, нужно отметить, правильно сделали. Превращение Ящера обратно в доктора Коннорса было невероятно отвратительным и гротескным внешне.
Тело оборотня изгибалось и выгибалось с невероятной силой под немыслимыми углами. Под кожей, казалось, будто бы ползали сотни змей, переплетаясь и сталкиваясь. Чешуя вставала дыбом, как волоски на теле, а затем, с каким-то странным звуком, втягивалась обратно под кожу. От невыносимой боли Ящер издавал жуткие, свистящие визги и крики. И это ещё всё происходило очень быстро и под контролем сил Юджина. Парень предусмотрительно поместил того в очень крепкий кокон из псионики. Не поступи он так, и весь пол, а возможно и стены, пострадали бы от когтей мутанта, ведь наручники и цепи всё же не выдержали диких и невероятно сильных конвульсий.
Но страшнее всего было наблюдать как левая рука доктора Коннорса начинает усыхать со пугающей скоростью, а затем и вовсе, будто перезревший фрукт, падает на дно кокона, рассыпаясь прахом.
— Нельзя было сделать так, чтобы у него рука осталась? — с сочувствием спросил Юджин, прекрасно зная ответ.
— Нет, — ответил Питер и посмотрел на него. — Сам же знаешь, тогда бы были лишние вопросы. У всех. Это было слишком опасно.
— Да, знаю. Извини, — тяжело выдохнул он и спросил. — Тяжело было?
— Ты даже не представляешь, — с грустью и тоской произнёс Паук и отвёл взгляд в сторону. — Мне ещё и от Гвен приходилось это скрывать во время работы. А это было не просто. Она очень умная.
— Да, вот она тяжёлая ноша супергероя, — Юджин положил другу руку на плечо и слегка сжал в знак поддержки. — Ты молодец, мужик. Это очень взрослый и правильный поступок, пусть и такой трудный.
— Спасибо, — очень тихо отозвался Питер, скорее всего не привыкший к подобного рода похвале.
Постояв и подождав окончательного превращения Курта Коннорса обратно в человека, они очень аккуратно и бережно подхватили его бессознательное тело и понесли обратно на улицу. Прах, оставшийся от отсохшей руки, он развеял по всему помещению, смешивая с пылью.
Солнце уже было достаточно высоко, но его красно-оранжевые лучи всё ещё придавали небу прекрасный вид, а их отражение от вод Атлантического океана сильно било в глаза и слепило. Редкие облака имели причудливые оттенки от розового до тёмно-багряного, придавая какой-то волшебный вид всему вокруг. Мэри Джейн и арендованный автомобиль на фоне неба и солнца смотрелись тёмными силуэтами, окружённые яркими пятнами всех цветов радуги.
Это было прекрасное зрелище в это осеннее утро, обозначавшее начало нового дня. Юджин и Питер переглянулись и кивнули друг другу.
— Эй, Эм Джей, — весело позвал он девушку, что стояла, с недовольным видом, скрестив руки на груди.
— Уже всё? — спросила она, сверля их насупленным взглядом.
Её недовольство можно было легко понять. Она участвовала в приключении, можно даже сказать миссии по спасению жизни и практически ничего не делала. Более того, ей досталась самая тяжёлая во всём этом действе роль — ожидание. На протяжении нескольких очень долгих часов девушка была вынуждена просто сидеть в автомобиле и бороться со сном и усталостью. Такое времяпровождение никому не добавит настроения, тем более кому-то с таким же ярким и активным характером, как у рыжей красавицы.