— Понятно.
— Мистер Томпсон, вы, случайно, не знаете номер его медицинской страховки? — с надеждой спросила его сеньора Альварес.
— Нет, а что? — спросил Юджин в ответ.
— Плохо, — покачала головой та. — Мы сможем его продержать в реанимации ещё только один день, но потом придётся переводить его в общую палату.
Парень кивнул. Самое первое и сложное в США, после налогов, с чем ему пришлось столкнуться и понять — система медицинского здравоохранения. Как бы раньше в его прошлой жизни не ругали медицину и здравоохранение, но во многом она была проще и доступнее. В большинстве простых услуг, она была действительно бесплатной. В Америке же цвёл и пах капитализм в этой сфере. Если не было нормальной медицинской страховки, то больница тебя вылечит, но повесит таких долгов, что иным банкам и не снилось. Конечно, были льготы и социальные программы, которые старались предоставить помощь малоимущему населению страны, но это всё не покрывало всех нужд. Если же хотел получить что-то более качественное — плати. Впрочем, так было и в его прошлой жизни.
— А вы не можете как-то узнать это из ваших баз данных? — на всякий случай спросил он. — Вы же теперь знаете его личность.
— Нет, — вновь покачала головой медсестра в ответ.
— А льготы или ещё что-то? — не успокоился Юджин. — Просто я не думаю, что в общей палате будет так же хорошо, как здесь.
— Качество нашего обслуживания не упадёт, — заверила его женщина, даже слегка оскорбившись.
— И дорого, его пребывание здесь обходится? — спросил парень, мило улыбнувшись, чтобы сгладить неприятный осадок от своих слов.
— Это вам лучше уточнить у бухгалтерии, — ответила медсестра, подобрев.
Он так и поступил. Вначале Лаура Альварес подсказала ему как туда добраться, затем уже начались уточнения. Оплатить всё со своей страховки почему-то не получилось. В принципе это было возможно, но вот именно с Гарри Озборном никак не получалось. Словно кто-то специально заблокировал для того подобный вариант.
Лечение и продление пребывания бывшего одноклассника должно было обойтись ему в приличную сумму — тридцать восемь тысяч с небольшим долларов. Жалко ли было денег? Да не особо. Как говорили сами американца, особенно в Лас-Вегасе: — «easy come, easy go», то есть «легко пришли, легко ушли».
Хорошо, что не так давно он обзавёлся кредитной картой, так как оказалось, что и чеки тут не принимались. Точнее не так. Они принимались, но, опять же, в отношении оплаты счетов Гарри Озборна этот метод не работал. И это уже не было случайностью или совпадением, что неприятно коробило его и настораживало.
Кто-то посторонний мог бы подумать, что он сошёл с ума. Зачем тратить столько денег не пойми на кого, но Юджину просто было по-человечески жаль парня, оказавшегося в сложной ситуации. И в прошлой жизни выбор стать преподавателем в основном обуславливался его альтруистичным желанием помогать молодым людям и подросткам. А деньги… Его работа модели могла помочь обеспечить себя и не только. После знаменитой фотосессии в стиле «Сумерек», он был просто нарасхват, едва успевая отбиваться от всех предложений. Да и заначки Ниссы никто не списывал со счетов, пусть прибегать к ним парень и не собирался.
Когда все формальности в бухгалтерии были улажены, к нему подошла пара полицейских в сопровождении медсестры Лауры Альварес. Как оказалось у тех была пара вопросов к нему. Не подозревая никакого подвоха, Юджин последовал за ними в сторону. Встав у окна, он посмотрел на весьма колоритную парочку представителей закона.
Она состояла из мужчины в годах и молодой темнокожей женщины. Мужчина полицейский был невысокого роста, с бочкообразной грудью, толстыми руками и ногами и шикарными усами, пшеничного цвета с сединой. Его простое, деревенское или же, как тут говорили, фермерское лицо с недалёким выражением должно было легко ввести всех в заблуждение о том, что он туп, как пробка. Только это явно была видимость. Серые глаза навыкате смотрели на него немного устало, но весьма цепко, подмечая все детали.
Напарница же была очень красивой афроамериканкой, лет двадцати двух, с кудрявыми волосами до плеч. Карие глаза смотрели обвиняющее и подозрительно, что немного портило впечатление от неё.
Оба полицейских были одеты в гражданскую одежду, но они сразу же предъявили ему свои жетоны, как того требовали правила.
— Офицер О’Нил, — первым представился мужчина.
— Офицер Найт, — следом произнесла его напарница.
— Юджин Томпсон, — представился в ответ он и спросил. — Чем могу быть вам полезен, офицеры?
— У нас есть несколько вопросов к вам, касательно пострадавшего, — немного флегматично произнёс мужчина.