— Я живу на Востоке, как и ты, жил бы на Западном побережье, то ты бы была самой прекрасной на нём, — пояснил парень.
— Значит есть где-то и красивее, — печально произнесла Дженнифер. — Что же, тогда мне следует брать большие гонорары, чтобы позволить себе услуги косметолога или пластического хирурга. Мой следующий гонорар будет повышен на пятнадцать процентов.
— Да хоть на треть, если ты всё успела подготовить, — фыркнул он.
— Эм, — на мгновение замолчала женщина на другом конце провода. — Я всё ещё забываю, что некоторые вещи ты воспринимаешь буквально. Я пошутила по поводу гонорара.
— А я нет, — ответил, как отрезал, Юджин. — Любая работа должна оплачиваться. А если она сделана хорошо, то и оплачиваться соответственно хорошо.
— Ты же не из богатеньких мажорчиков, — попыталась, вопреки всему воззвать к его голосу разума она. — Я знаю о твоём новом доходе, но деньги лучше заставлять работать и понемногу откладывать.
— И я приму твой совет и даже найму грамотного финансового консультанта, — заверил её парень. — Но это к делу не относится. У нас всё готово?
— Абсолютно, — односложно ответила она.
— Когда будет встреча? — спросил он.
— Сегодня в четыре часа, в общем актовом зале. Все в сборе. Даже пара СМИ из других университетов. И кстати, тебя пригласили на утренний выпуск на радио завтра, — отчиталась его адвокат. — Естественно, за гонорар. Вполне приличный, пусть станция и местная.
— Замечательно, — улыбка на его лице стала предвкушающей. — Тогда жду тебя у актового зала в три тридцать. И последний вопрос: приличный — это сколько?
— Сто пятьдесят сотен, — ответила она. И Юджин лишь улыбнулся. Эта привычка в США измерять всё в сотнях долларах, когда проще было использовать тысячи, всегда веселила. В каком-то плане эта странная и вынужденная реинкарнация повлияла на него гораздо сильнее, чем Ванда могла даже предположить. — Договор я уже просмотрела и с ним всё в порядке. Никогда бы не подумала, что мне, талантливому и подающему большие надежды криминальному адвокату придётся заниматься гражданским правом и лезть в корпоративные договора.
— Зато ты приобретаешь опыт, Дженнифер, — попытался он смягчить возмущение. Пусть и наигранное, но не на все сто процентов. — И гонорар. Уверен, я один из твоих самых выгодных клиентов.
— Скорее самый шебутной и неугомонный, — ответила она со смешком. — Ладно, увидимся в три тридцать у актового зала. Я приведу всех.
После этих слов женщина отключилась, а парень чуть свободнее вздохнул. Скоро весь этот кошмар прошедшей недели уйдёт в прошлое. Было даже занятно, что всё началось в прошлый понедельник и закончилось во вторник. Пусть и на следующей неделе.
Согласно плану, сегодня должна была состояться открытая встреча с другими студентами и преподавателями и членами попечительного совета, да и вообще с любой важной шишкой в Нью-Йоркском университете, чтобы Юджин смог продемонстрировать результаты экспресс-теста на наличие «Икс-гена». Даже публично пройти несколько их них. При этом, чтобы были независимые представители и наблюдатели из разных лабораторий. Влетело ему такое в копеечку, но зато это было большим шагом в остановке всей этой глупости, поднятой статьёй Брока.
Только перед этим парню предстояло встретиться с тренером Виллсоном. Они договорились встретиться в небольшом итальянском ресторанчике в нижнем Манхэттене. Достаточно уютном и уединённом, чтобы им никто не мешал вести разговор.
Герберт Виллсон уже был на месте, когда он подъехал и возвышался почти над всеми на целую голову. Он был высоким и крепким блондином почти двухметрового роста и с небольшим брюшком. Не жировым, как у людей возраста этого мужчины, а таким, который бывает у людей, что пользовались разной химией в спортзале. Наверняка многие вспомнят культуристов с выпяченными животами, словно у беременной женщины.
Всё это неплохо скрывалось спортивным пиджаком. Кожа мужчины имела красноватый оттенок, как у природного блондина после долгого времени, проведённого на солнце. Широкий рот с тонкими губами улыбался, обнажая белоснежные и явно не родные зубы. Чуть приплюснутый нос был даже слегка курносым, а само лицо широким и округлым.
— Мистер Томпсон, — встал тренер Виллсон, когда Юджин, ведомый официантом, подошёл к столику, и протянул лопатообразную ладонь для рукопожатия.
— Мистер Виллсон, — поприветствовал парень в ответ и пожал руку.
Очевидно, что крепкая хватка руки, которая стала почти сразу же сильнее сжиматься, должна была стать актом устрашения и заодно показать одному наглому юнцу его место. Что характерно, ладонь также была ему протянута внутренней стороной вниз, как бы уже изначально ставя тренера Виллсона в более высокую позицию. Довольно старый и дешёвый ход. Только этот человек просчитался с выбором жертвы этого трюка. Непринуждённо улыбаясь, парень использовал малую часть своей силы и ответил соразмерно.