Тем не менее, капитан Коу Мин, совершенно не обращая внимания на его слова, просто обнажил меч и, сделав шаг вперед, замахнулся на мужчину. Остальные бойцы отряда, следуя его примеру, также достали свое оружие и напали на человека.
— Убивают!.. — только и успел выкрикнуть снайпер, как его пронзило или разрубило сразу шесть-семь мечей Тан Дао.
Увидев средь бела дня столь откровенное убийство, окружавшие их обычные выжившие сильно побледнели, и сразу же заторопились по своим домам, не смея вмешиваться.
Между тем Цан Яй продолжал насылать штормовые лезвия ветра, отражаемые костяным щитом, но чем дольше это длилось, тем тревожнее ему становилось. Все-таки время для него сейчас было очень ценным — если он не избавиться от Юэ Чжуна как можно скорее, то он и его люди окажутся в чрезвычайной опасности.
— Чертов ублюдок, сдохни уже! — выругался Цан Яй, глядя на неуничтожимый костяной щит, за которым скрылся Юэ Чжун.
С решительным блеском в глазах он, вложив дополнительные пункты выносливости и духа, создал огромное, более метра в длину, штормовое лезвие ветра, отчего заметно побледнел, и направил свою усиленную атаку на скелета, защищавшего Юэ Чжуна.
Огромное лезвие, обрушившись сверху на щит, наконец-то смогло прорезать его и, преодолев эту преграду, нанесло удар по скрывавшемуся за ним противнику. Однако к этому моменту Юэ Чжуна там не было, так как, почувствовав смертельную опасность, он уже покинул укрытие, скрывшись в ближайшем переулке.
— Цан Яй, мы должны уходить! — только вьетнамский гроссмейстер в ураганной броне собрался преследовать Юэ Чжуна, как его окликнул Ван Ли, до сих пор находившийся в форме лесного рейнджера.
— Если ты должен уходить, то уходи, я же должен убить этого китайского ублюдка! Я никогда не прощу его! — сквозь зубы прошипел Цан Яй.
Как-никак от рук Юэ Чжуна и его китайцев погибло в общей сложности чуть ли не 20 000 вьетнамцев, чего он никак не мог простить, и до глубины души ненавидел Юэ Чжуна.
— Цан Яй, не будь импульсивным! — громко возразил Ван Ли. — Если мы сейчас здесь погибнем, то вообще не останется никого, кто бы мог отомстить за наших собратьев-соотечественников!
В конце концов, Цан Яй был супер-гением вьетнамской нации — Эвольвер трех атрибутов, который, к тому же, имел навык, улучшенный до 2-го ранга. С такими характеристиками и способностями он входил в тройку сильнейших мастеров их организации, соответственно, Ван Ли не хотел терять такого эксперта.
— Цан Яй, отступись, и так уже погибло много наших людей! — убеждающе заговорил Ли Дуо, спасший ранее Ван Ли от выстрела Юэ Чжуна.
Как будто в подтверждение его слов, звуки перестрелки начали раздаваться еще ближе — их противники были уже недалеко. Это также говорило о том, что множество подчиненных, которые должны были задержать подкрепление Юэ Чжуна, уже были уничтожены. Ли Дуо, понимая, что немало их людей погибло от рук солдат противника, не мог не сокрушаться.
— Хорошо! — поколебавшись некоторое время, Цан Яй все же решил отступить. — Уходим!
И следом за ним оставшиеся в живых вьетнамские мастера покинули переулок, торопясь выбраться из города.
— Цан Яй, это что же, ты сбегаешь? Разве не ты говорил мне, что сегодня день моей смерти? — цинично поинтересовался Юэ Чжун, появившийся на пути десяти отступавших вьетнамцев. — Кажется, ты только языком трепать горазд, и из себя ничего не представляешь! Поэтому просто трясись от страха и смотри, как я буду убивать твоих людей, мусор!
Поглумившись над Цан Яйем, он активировал «Искусство страха» на сопровождавших того экспертов. Все-таки психические атаки являлись одними из наиболее эффективных нападений на Энхансеров и Эвольверов скоростного типа.
Вот и сейчас под действием «Искусства страха» один из вьетнамских мастеров споткнулся, отправившись в иллюзорный мир собственных ужасов. Воспользовавшись этим, Юэ Чжун мгновенно достал револьвер Стингер и одним выстрелом разворотил несчастному голову.
— Да кто от тебя бежит, ублюдок?! Несмотря на количество людей, защищающих тебя, ты сегодня умрешь! Я определенно убью тебя собственными руками! — услышав глумливые слова Юэ Чжуна, Цан Яй пришел в ярость, а после того как тот убил его собрата, так и вовсе обезумел — словно порыв ветра, нападая на него.
После становления Эвольвером трех атрибутов Цан Яй от постоянных похвал и лести стал чрезвычайно гордым человеком — достаточно было искры, чтобы он вспыхнул, поэтому он никак не мог стерпеть издевки Юэ Чжуна.
— Ли Дуо, как быть? — спросил Ван Ли, криво улыбаясь в сторону разгневанного Цан Яя.