Были здесь поручик русской службы француз Фобер, два английских капитана Ингом и Картер, лейтенант Гулден, недавно прибывшие на Дон в качестве инструкторов для обучения белогвардейцев танковому и авиационному делу.
Попивая чай, гости вели оживленный разговор. Граф Сфорца с любопытством расспрашивал Граббе о ее путешествиях. Матильда Карловна охотно отвечала ему.
— Это очень интересно! — воскликнул Сфорца. — А думаете ли вы, графиня, еще совершить путешествие?
— Отшень думаю. Сейчас я задумаль интересный путешествий. Я хочу идти пешком все государства Европы… Вы подумаль, как это интересно? Идти все государства Европы… Но у меня мало, отшень мало деньги. Я дал объявление в газеты, прошу жертвовать мне… О, это отшень интересно ходить пешком по всей Европа!.. Когда я соберу деньги, я пойду пешком…
— А ноги у вас не будут болеть? — мрачно спросил ротмистр Яковлев.
— Зачем ноги болеть? Когда ноги будут болеть, я буду отдыхать.
— А интересно, мадам, — спросил Крупянников, — какова цель вашего путешествия, да еще пешком?
— Как какая? Я буду смотрель государства Европы…
— Книгу напишете? — снова спросил Сфорца.
— О, нет! — сморщилась «путешественница». — Зачем книгу?..
— Не понимаю, зачем вообще тогда путешествовать? — с глубокомысленным видом проворчал Сфорца. — Обуви черт знает сколько поистопчешь, мозолей сотню набьешь…
— Вы бестактны, граф, — укоризненно посмотрела на него Вера.
— Прошу прощения, — сладко заулыбался Сфорца, целуя руку Веры. Графиня, — повернулся он к Граббе, — я вам немного пожертвую на ваше путешествие. Но я не захватил с собой денег.
Заговорили о войне с большевиками, о помощи союзников.
— Вот из Англии приехали мои друзья, — сказал Брэйнард, кивая на английских капитанов, не спускавших очарованных глаз с порозовевшей от чая прелестной хозяйки. — Они говорят, что прибыли на корабле, который доставил в Новороссийский порт семь тысяч комплектов обмундирования для Донской армии и пять тысяч пудов специальной мази для смазки сапог… Разве это не значительная помощь, а?..
— Позвольте, мистер Брэйнард, — удивился старый промышленник, сразу же своим практическим умом сообразив нелепицу. — Вы говорите, пять тысяч пудов смазки для сапог?
— О, да-да! — закивал головой Брэйнард. — Именно пять тысяч пудов…
— Но это же невозможно, господа! — воскликнул старик. — Подумать только: пять тысяч пудов!.. Куда девать такую махину?.. Этой мазью всю Россию можно затопить.
— Дареному коню в зубы не смотрят — проговорил Константин.
— Это верно, — сказал старик. — Но куда ее девать?.. Ведь ее же за целый век не используешь… Может быть, оси у телег можно смазывать ею?.. Вот это щедрость!.. Вот это я понимаю широту натуры. Спасибо, спасибо, союзнички! — глумился старик.
Брэйнард, поняв издевку старика, надменно посмотрел на него и отвернулся.
— Да, господа, — оживленно заговорил Фобер, — союзники щедро помогают нам. Я только что из Одессы, и, представьте, как раз перед отъездом оттуда мне пришлось видеть интересную картину. Пришли английские пароходы с танками, предназначенными для Донской армии. Они, как черепахи, без помощи лебедок и других приспособлений поднимались по лестнице Ришелье… Публики было — кулаком не прошибешь… Как вам известно, лестница эта высокая — в ней более ста ступеней. И это все было нипочем для танков. Не замедляя хода, они все выше и выше поднимались по лестнице. Зрелище это, — с воодушевлением врал француз, — настолько было поразительное, настолько фантастическое, что публика, наблюдавшая за танками, не выдержала и в ужасе разбежалась по шумным улицам города…
Константин захохотал.
— Вы шутник, господин поручик.
— Вы мне не верите, господин полковник? — обиженно посмотрел француз на Константина.
— Да, нельзя сказать, что принимаю это за достоверный факт, — смеясь, сказал Константин. — А вообще забавно… Забавно.
— Вы, может быть, и такому факту не поверите, господин полковник, сухо сказал он. — Прочтите вот эту заметку, обведенную красным карандашом… В Ростове купил.