Фонарь хотя освещал и слабо, но Буденному и его всадникам было видно, как из правления вышло несколько калмыков. Держа винтовки наготове, они стали по сторонам крыльца.
— Ходи! — заглядывая в дверь, свирепо кричали они. — Ходи!
— Арестованных зараз будут выводить, — прошептал кто-то около Буденного.
— Тише! — предупредил он.
Вдруг под Буденным, вытянув голову, звонко заржал конь. Семен похолодел и испуганно взглянул на крыльцо. Но калмыки не обратили внимания на ржание. Их это не обеспокоило.
Из дверей правления стали выходить арестованные, связанные друг с другом.
— Приготовься! — вполголоса сказал Буденнный, крепко схимая эфес шашки. — Слушай мою команду!
Парни оживились. У кого были шашки, те выхватили их из ножен, а у кого их не было, — проверили затворы винтовок.
Дождавшись, когда из правления на площадь вывели всю партию арестованных, Буденный крикнул:
— Эскадрон, за мной! Ура-а!..
— Ура-а-а! — в едином порыве подхватили парни, поддавая каблуками под бока лошадей. Навстречу брызнули беспорядочные выстрелы.
— Ура-а! — с криком наскочил Буденный на побежавшего по улице длинного белогвардейца, размахивающего фонарем. Подняв шашку, Буденный с силой рубанул его. Белогвардеец пошатнулся, фонарь выпал из его руки и погас.
Кругом слышались крики, стоны, выстрелы, лязг железа.
— Товарищи арестованные! — закричал Буденный. — Мы красногвардейцы! Хотим освободить вас… Освобождайтесь и вооружайтесь!.. Бейте белых гадов!.. Да здравствует советская власть! Ура-а!..
— Ура-а! — загремело вокруг.
В одно мгновение арестанты были освобождены от веревок, конвоиры частью были перебиты, другие разбежались.
— Бей проклятых беляков!.. Бей гадов!.. — неслось отовсюду.
Из правления стали выбегать перепуганные конвойные казаки и калмыки. Пробарабанив ногами по ступенькам крыльца, они разбегались во все стороны. За ними устремлялись в погоню только что спасенные от расстрела жители.
Буденный в сопровождении брата Дениса, Новикова и нескольких других парней вбежал в правление. В первой комнате, занимаемой охраной, находилось с десяток казаков. При появлении вооруженных людей они подняли руки. Вперед выступил молодой кудрявый урядник.
— Сдаемся, — сказал он. — Воевать с вами не желаем. Нас забрали в отряд силком.
Буденный вгляделся в него и узнал. Это был один из тех казаков, которых мобилизовали в хуторе Елиматенском, где чуть не забрали и его.
— Ладно, — сказал Буденный, — разберемся. Сдавайте оружие! Новиков, принимай! А потом раздай винтовки освобожденным товарищам…
В большом зале правления при тусклом свете пятилинейной лампы сидело и лежало человек до двухсот арестованных. Стоял тяжелый запах.
— Вы свободны, товарищи! — крикнул им Буденный. — Расходись по домам!.. А кто имеет желание, вступайте к нам в отряд. Сейчас же и оружие получите.
Зал зашумел. Раздавались радостные, взволнованные крики. Люди вскочили с пола, обступили Буденного.
— Спасители наши!.. Спасители…
— Век вас не забудем!..
— Ах, дьявол тебя забери, — крикнул кто-то радостно. — Да ведь это ж Семен Буденный!
— Где он, Буденный-то!.. Где?.. Пустите, то ж мой сын.
Услышав голос отца, Семен, расталкивая толпу, ринулся к нему.
— Отец! — обнял он его. — Жив, старина?.. Рад, что все так хорошо обошлось!.. Ну, иди скорее домой, а то мать изошла слезами… Пусть она завтрак хороший готовит, приедем с Денисом завтракать.
— Сейчас пойду, Сема, — всхлипывая от радости и утирая глаза рукавом, проговорил старик. — Пойду, обрадую ее…
Но с белыми не все еще было покончено. То там, то сям в станице возникали схватки с ними, впрочем, быстро заканчивавшиеся. Почти все жители были на стороне красных и помогали советским бойцам уничтожать белогвардейцев.
Когда, наконец, белогвардейцы были изгнаны из станицы, а частью перебиты, Буденный сказал Новикову:
— Беги, Филипп, на колокольню, бей в набат. Будем собирать жителей на собрание…
Вскоре с колокольни стали падать частые удары колокола, тревожным гулом расплываясь над станицей.
Пока население собиралось у правления, Буденный распорядился выслать за станицу разъезды, а сам занялся подсчетом трофеев. Бежавшие калмыки и казаки оставили у правления два конно-горных орудия с тремястами снарядами, четыре пулемета «Максим», много винтовок, патронов и лошадей с седлами.
— Ведь это ж мы целый отряд вооружим! — весело воскликнул Буденный.
Народ собрался у правления. Буденный вышел на крыльцо. Сквозь муть промозглого рассвета он увидел сотни устремленных на него глаз. Смахнув с головы серую солдатскую шапку, он закричал: