Стелла нахмурилась и покачала головой:
- Не думаю, что снежные люди так просты, как кажутся. Кто знает, какие фокусы у них припасены? Я вот только сегодня, обнаружив тебя, сообразила, что в своей погоне за поисками дороги к бегству, совершенно не углублялась в то, что тут делается. А нужно было бы быть внимательнее. Ведь если в Дель-Дау изобрели такие вещи, как браслеты-переводчики, а в Тизаре даже плащи-невидимки, то кто знает, на что способен здешний скрытый народец? Полагаешь, они прям так и кинулись рассказывать мне о всех своих знаниях и секретах?
- Верно, - согласился Артур.
- Я ведь даже не отдавала себе полного отчёта, где нахожусь, - Стелла выглядела огорчённой и немного подавленной. – Столько дней тут словно рыба об лёд билась, ломая голову над тем, куда попала. Знаешь, иногда даже думала, что неожиданно случилась какая-то катастрофа, и я просто нахожусь в коме и всё происходящее не более, чем мой бред. Этот мир словно замкнут сам на себе! Куда бы ни шла – везде тупик. Да и от тебя пока услышала новости в общих чертах. Я хочу знать больше и детальнее. Просто носиться в отчаянии по Снежной Долине и искать выход, это всё равно что биться головой о стену, не понимая, что совсем рядом может находиться открытая дверь.
- Но что ты хочешь от меня услышать? – несколько растерялся землянин и посмотрел на тарелку, в которой лежало что-то похожее на лепёшки из водорослей. – О еде?
- Нет-нет! Не это меня интересует. Расскажи историю Югеала, что они потеряли, что изобрели, их устои жизни и прочее.
Артур не мог сразу систематизировать все свои знания, полученные в спешной подготовке в Дель-Дау, а потому перепрыгивая с одной темы на другую, он почти два часа излагал то, что сумел запомнить. Головная боль от этого начала усиливаться, но он терпел, видя, что Стелла слушает внимательно и сосредоточенно. Иногда она казалась такой задумчивой, что землянин мог предположить, будто она вообще не внимает уже его рассказу, однако это было не так. Сверхисследовательница не упустила ни одного слова и, Артур был в этом уверен, запомнила каждую мелочь. Она не задавала вопросов и не перебивала его, а просто слушала и слушала.
Только когда в хижину заглянул Тибо и сообщил, что сюда идёт женщина, которая несёт ужин, Артур и Стелла заметили, что уже темнеет.
- Извини, я наверно сильно заставила тебя потрудиться, - спохватилась терианка.
- Ничего, если это принесёт пользу нашему делу, то я готов ещё и пробежку сделать, - вполне серьёзно выдал Артур.
- Вот этого не надо! – поспешно возразила Стелла и посоветовала: - Сейчас иди к себе и отдыхай. Нам принесут ужин, а после этого наступит ночь. Пора поспать, день выдался длинным и тяжёлым.
Артур удалился, видя, что терианка даже и не думает отдыхать сама. Она вышла вместе с ним из хижины и, взяв из рук женщины порцию еды для себя и Тибо, с улыбкой поблагодарила и перекинулась с ней парой слов. Да, какой бы не была ужасной провизия в Снежной Долине, это позволяло людям жить, и потому непозволительно жаловаться, капризничать и быть недовольными.
Придя в своё маленькое жилище, Артур обнаружил тоже ужин и даже тёплую воду. То, что было холодным, лежало на ледяных тарелках, тёплая еда и питьё содержались в грубых глиняных мисках. Артур внимательно осмотрел и то, и другое, игнорируя трапезу и рассматривая посуду. Зная, что силы очень нужны, он попытался съесть как можно больше. После этого заставил себя лечь спать. В неотапливаемом помещении тепло сохранялось плохо, но постель из мехов и вязанных пледов давала вполне комфортный отдых.
Ночь прошла тихо и спокойно. Землянин проспал часов двадцать, и сам удивился, обнаружив, что за это время у него хорошо поджили раны и ушла боль. Артур также заметил, что его волосы сильно прибавили в длине, да и бриться придётся гораздо чаще, чтобы не превратиться в бородатого дикаря. Похоже, климат Снежной Долины влиял не только на местных жителей, но и на пришельцев. Артур быстро привёл себя в порядок и решил узнать, что делают Стелла и Тибо.
В посёлке ещё стояла тишина. Только-только наступал рассвет и в воздухе витали чуть сверкающие мельчайшие частицы инея, медленно осыпавшегося с ледяного свода. Серые сумерки казались наполненными чуть розоватым светом.